И восстанут Злые

Изумрудный город пылал.

Мохнатые гибкие обезьяньи лапы крепко сжимали меня, и мы поднимались все выше в лунное ночное небо, прочь от дымящегося хаоса, а за спиной в яростной пляске света и огня догорал замок. Казалось, детский праздник вдруг обернулся полнейшей катастрофой: величественные башни и шпили обрушивались в сияющих взрывах конфетти из стекла и драгоценных камней. Это зрелище было бы прекрасно, если бы не гриб плотного черного дыма.

Я была черт знает как далеко от Канзаса. Возможно, мои мысли по этому поводу удивят вас. В отличие от некоторых я не особо жаждала туда вернуться и уже начала верить: домой возврата нет. Дороти пыталась попасть в Канзас дважды, и посмотрите, чем это обернулось! Волшебник не смог вернуться с первой попытки. (Возможно, это связано с тем, что путешествовал он на старом воздушном шаре, но все же…) И наконец, я — Эми Гамм, трейлерная нищенка из Флэт-Хилл в штате Канзас. Хоть я и люблю думать, что отличаюсь от людей, подобных Дороти и Волшебнику, все же кое-что общее у нас имеется.

Прежде всего, всех нас перенесла сюда из реального мира неведомая сила. Сомнительно, конечно, что кто-то смог уже выяснить ее происхождение, но у меня есть собственная теория, почему она выбрала именно нас. Всего лишь теория. Ничего не доказано, даже зацепок нет. Но я порой задаюсь вопросом: не связывает ли нас с Дороти и Волшебником то, что мы родились не там, где должны были? Знала ли об этом та неведомая сила? Может быть, все эти годы мы ждали, когда место, которое мы действительно сможем назвать домом, само найдет нас. Но я, конечно, могу отвечать только за себя. Я почти ничего не знаю о Дороти, а о Волшебнике и подавно. Так что, возможно, я ошибаюсь. Это лишь мысли, предположения. Но факт неоспорим: когда попал сюда, назад вернуться трудно. Если же это место не стало домом, тебе дико не повезло.

Страна Оз — точно не самая гостеприимная на свете, но я, по крайней мере, могу назвать ее своим домом. И сейчас он поглощен огнем. Меня спас Олли — обезьяна. Когда-то я вытащила его из рук Дороти. Рядом летела его сестра Мод, держала в лапах нашу невероятную попутчицу Озму, таинственную, но сумасшедшую правительницу Страны Оз с множеством секретов, которые я пыталась разгадать. Теперь, когда земля расплывалась далеко внизу, а мы поднимались все выше за облака, я пыталась сообразить, как у них вообще получилось взлететь. Вы же слышали о летучих обезьянах, правда? Что ж, Мод с Олли таковыми не являлись: хоть они и родились с крыльями, но недавно лишились их. Олли отрезал себе крылья сам, чтобы перестать быть рабом Дороти. Что касается Мод… До сих пор не могу без содрогания вспоминать тот момент, когда она лишилась их. Я не просто видела это. Я сама спилила крылья с ее спины, имея под рукой лишь маленький кинжал.

Страна Оз стала другой. Не тем счастливым магическим королевством, о котором все слышали. Солнечной она была давным-давно, задолго до того, как я здесь оказалась. Теперь здесь невозможно жить беззаботно. Нужно всегда делать выбор: подчиниться и поступать так, как от тебя требуют, или ради свободы отказаться от того, что для тебя важно. Например, крыльев.

Но даже в такой Стране Оз все еще осталась магия, а это значит, что потерянное можно возместить. С помощью подходящего заклинания. Потому-то Олли и Мод летели сейчас на бумажных крыльях, которые жужжали, словно стрекозиные, и двигались так быстро, что расплывались перед глазами. Они не были похожи на настоящие крылья. Просто две пары склеенных вместе газет и вешалок. Судя по виду, они не должны были выдержать даже самих обезьян, не говоря уже обо мне — довольно тяжелой шестнадцатилетней девушке. Но нет, мы парили в сотне метров над землей и с каждой секундой поднимались все выше. Вот вам и магия! Да, знаю, все это звучит как полный бред. Но последнее время для меня такое в порядке вещей. Забавно, что к безумию так быстро привыкаешь.

Впрочем, если считаете это безумием, как вам такое? Пару часов назад я попыталась убить Дороти Гейл, Ее Королевское Подлейшество волшебной Страны Оз. Затем вскрыла грудную клетку Железного Дровосека и голыми руками вырвала его сердце, которое все еще билось и тикало, словно часы. Сейчас я положила его в сумку, которую перекинула через плечо, закрепив поверх рваного, заляпанного кровью наряда служанки. И хоть я не привыкла еще к мысли, что сама совершила все эти ужасные поступки, в одном была уверена абсолютно точно: город я не поджигала. Это сделал кто-то другой.