Художница

ХУДОЖНИЦА

Свободный старик ступает

по лесу

в сторону города снов.

В этот день было холоднее, чем обычно. Снежные хлопья – в новинку для октябрьской Праги. Они падали, сразу же тая на бледной земле. То и дело поднимался сильный ветер, кидая в лицо колючие снежинки. Маленькие домики покрывал тонкий, едва заметный иней. Он придавал окружающему некую таинственность и необычную привлекательность. Узкие мощеные улочки завели меня в тупик. Я заплутал, потерялся в родном городе. Как обидно не уметь ориентироваться там, где провел детство и отрочество. Казалось, именно в этих районах я играл, будучи сорванцом, а сейчас не могу ступить и шагу, не спросив у прохожего короткий путь. Но меня это мало тревожило. Я просто любовался хмурым, но таким знакомым небом. В окнах – в одном за другим – гас свет. Люди готовились ко сну.

Через несколько минут погода взяла свое. Мороз согнал вечернюю романтику, заставив искать временное прибежище. Вдалеке горели тусклые огни. Это был небольшой бар с громким названием «Пивной рай». До него было не более двухсот метров, но даже это расстояние преодолевалось с трудом. Окоченевшие ноги совсем не слушались. Пришлось напрячься, чтобы заставить их двигаться. И вот, приложив усилия, я был на месте. От теплоты и уюта стало невероятно хорошо, но острый запах дешевого алкоголя моментально вывел из блаженного состояния. «Пивной рай» не был таким уж утопичным – лишь небольшое заведение с барной стойкой и несколькими столиками. Я заказал виски, дабы окончательно согреть и тело, и душу. Бармен откликнулся на мою просьбу, и уже через секунду передо мной стоял бокал, наполненный полупрозрачной коричневой жидкостью. Напиток пришёлся по вкусу, и я заказал ещё, а потом ещё. К концу вечера я успел опорожнить пять бокалов на солидную сумму. Мимо меня то и дело сновали люди, задевая мой табурет у стойки. Это изрядно надоело, и я перебрался за столик. Сидя в одиночестве, очень приятно смотреть на ночную Прагу. Такая немая и неподвижная, с тусклым освещением и лёгкой белизной. Я бы мог любоваться городом до самого утра, если бы меня не отвлекли. Грузный мужчина, судя по всему, работник заведения, робко коснулся моего плеча. Он объявил, что бар закрывается и мне стоит удалиться. Оказывается, прошло уже три часа. Три часа моей жизни, очередные три часа…

Идти было некуда, я не озаботился ночлегом. У меня много родственников в Праге, но являться к ним в столь поздний час, а тем более в пьяном виде, верх неуважения. Прага – первое место, в котором я задержался хотя бы на день. Я старался избегать остальных городов, даже если это сулило мне убыток. Моя поездка не была увеселительной или ознакомительной. Я просто держал путь из Вроцлава в Нюрнберг. Прага же была промежуточным звеном. Стоило бы вообще забыть о её существовании, несмотря на то что именно в ней я родился и вырос. Но что-то тянуло меня в это место, заставляло остаться здесь – хоть на чуть-чуть.

– Вы, случайно, не знаете, где поблизости можно переночевать? – спросил я у мужчины.

– Да, господин, знаю. Тут на углу есть гостиница. Я запамятовал название, но там довольно неплохие условия. Могу помочь отнести багаж, если он у вас есть.

– Нет, спасибо. Я путешествую налегке. Благодарю за сведения.

Я пожал мужчине руку и удалился. За порогом меня вновь встретил ледяной ветер. Но я был пьян, так что не обратил на это ни малейшего внимания. К ночи ещё похолодало. Снег больше не таял, прикасаясь к поверхности, а плавно оседал на крышах и фонарных столбах. Свет погас уже во всех окнах. Я шёл один посреди улицы, не опасаясь, что мне навстречу выедет повозка или автомобиль. Я и не заметил, как тьма окутала все.

Разглядеть надписи на вывесках было невозможно. Ситуация вынуждала подходить к каждому дому и вчитываться. Пройдя мимо нескольких хозяйственных лавок, я наконец-то добрался до гостиницы. Смутило полное отсутствие света в окнах. Дверь нараспашку, но персонала не было. Как будто бы все спали, забыв про свою работу. Так и оказалось. Я два раза нажал на миниатюрный звонок. Испуганная фигура вынырнула из-за стойки. Человек начал суетливо зажигать керосиновую лампу. Сонный работник протер глаза и очень удивился моему виду. С самого начала поездки я пренебрегал бритвой и со временем стал походить на бездомного. Хоть борода и входила в моду, эта тенденция, возможно, обошла мои родные закоулки.

– Простите. Я задремал. Как-никак, время ночное. Вы хотите снять номер?

– Да. И что-нибудь получше.

– Хорошо.

Я подписал какие-то бумаги, и после оплаты мне вручили ключ.

– Третий этаж. Номер 37. Приятного отдыха. Мне отнести ваш багаж?

– Нет, спасибо. Я путешествую налегке.

– Может быть, стоит вас проводить? Мне кажется, вы немного пьяны. У нас очень крутые лестницы. Будет печально, если вы разобьёте голову.

– Извольте.