Хрустальная королева. Гамбит

Пламя камина мерно мерцало и освещало комнату. Я же с интересом рассматривала декор кабинета и гадала, почему же отец не захотел, чтобы я обучалась тут. Нет я не жаловалась и моё образование было одним из лучших в стране. Но сейчас вернувшись на родину, я с сомнением рассуждала о том, что могло ждать меня вперёди. Все же ситуация явно выходила из-под контроля, раз спустя тринадцать лет, после окончания войны, один из выживших агентов отца, вышел на связь. И это послужило сигналом для всех.

Она была той, кого нельзя было заподозрить в работе на тёмную сторону. Я была той, кто должен был в крайнем случае стать новым символом сопротивления. Демисар, оставался последним, кто в открытую выражал свою позицию и не стеснялся тёмного прошлого. А больше… Я никого не могла припомнить… Они либо быстро сменили знамёна, либо давно были в сырой земле. Или как вариант, настолько сильно погружены в поддельную историю, что позабыли про великие планы, которым не суждено было сбыться.

– Леди Форлеска, – голос раздался неожиданно.

– Доброго вам дня, Грация, – подскочив на стуле, я поклонилась женщине.

– Не стоит милая, – покачала та головой, – как ты могла понять, я больше не работаю на твоего отца, он, к сожалению, в могиле.

– Вы прибедняетесь леди, – усмехнулась я по-отцовски ядовито, – вы одна из немногих, кто входил в его внутренний круг, и кто осведомлён о том, что планировалось на тот случай, если война будет проиграна. Как я поняла, настало время исправлять ситуацию. А раз так, то вы должны быть в центре нового сопротивления устаревшему политическому режиму.

– Язвишь, – ответила она мне тёплой улыбкой, – ты права прошло достаточно много времени для того, чтобы мы могли начать действовать.

– Позвольте узнать, что же послужило сигналом? – я подалась чуть вперёд.

– Даже живя на континенте, ты должна была слышать о том, что политическая система Америки, претерпела сильные изменения, – с тяжёлым вздохом сказала женщина, – потому ты тут. Совсем скоро состоятся новые выборы президента.

– Да, я в курсе, – кивнула, в знак согласия. – Филигар отрубила собственную ногу, издав указ, что президент может занимать свою должность лишь три раза и каждый срок равен четырём годам. Значит это её последний год. Тогда кто же станет её заменой? Я уверена, что вы бы не вызвали меня сюда просто так.

– Винсельд Лакеш, – словно говоря о погоде, сообщила она мне. – её лучший друг и герой прошедшей войны. Глава военного департамента и прекрасный семьянин с чудесной супругой, тремя очаровательными детьми и кристально чистой репутацией от которой блевать тянет.

– И вы предлагаете мне его убить? – вопросительно вздёрнула я бровь.

– Боги упаси родная, – рассмеялась собеседница, – Инерей Энханте не был настолько глупым, чтобы строить такие нереалистичные планы.

– Тогда что же я должна сделать? – вопросительно приподняла я бровь.

– Все намного проще, чем вам кажется, – кивнула она, – достаточно сделать так, чтобы его репутация была разрушена. Тогда от великого героя ничего не останется и вместо символа надежды, мы получим серую заурядность. Он выиграет выборы с моей поддержкой, но останется пленённым вашими руками. Сделайте так, чтобы, засыпая ночью с женой, он думал о том, как льстится к вашим рукам. Этого будет достаточно для того, чтобы захватить всю власть в стране и за четыре года перестроить её так, как нужно нам. А уж потом думайте и решайте сами, хотите ли видеть его рядом с собой.

– Светлого идиота, погрязшего в этой рутине до мозга костей? – едва не засмеялась я. – Приручить такого и посадить на короткий поводок? И где вы предлагаете мне с ним пересечься? На воскресной прогулке? А ребёнка одолжить у Энханте? Прошу меня простить, но кажется, вы немного переоцениваете мои силы.

– Вы недооцениваете расчётливость Инерея, – рассмеялась та, – вам не потребуется ничего из этого. Ваш боевой собрат достаточно постарался. Вы будете преподавать в Академии Великого света, которая когда-то именовалась Академией Темной и Светлой силы, теперь же стала напоминанием об избранности мистера Лакеша. Демисар позаботился обо всём. Место преподавателя социальных дисциплин и тактико-стратегического военного ремесла, совершенно свободно. Точнее Винсельд Лакеш читает там лекции по понедельникам, средам и субботам. Остальные три дня пустуют. Именно эту должность вы займёте, а контракт не позволит вашей жертве отказываться от встреч.

– Затащить коллегу в койку? – глаз всё же нервно дёрнулся.

– Да, как вам угодно, – отмахнулась от меня собеседница, – главное, чтобы его репутация была разрушена для друзей и коллег, а народу будет совершенно чхать, все газеты давно куплены нами. Надеюсь, вы сможете закончить то, что начал ваш отец.

– И с какого числа я приступаю к работе? – с тяжёлым вздохом спросила у неё.