Хроники Вечности

Моей любимой маме посвящается.

Свобода – это то, что внутри.

Если допоздна сидеть за компьютером, наутро голова превращается в огромный колокол. И при каждом шаге тяжелый металлический язычок бьет сначала в один висок, потом в другой. Сутулясь и потирая глаза, Витя прошел на кухню сделать живительного утреннего напитка – кофе. На часах девять-ноль-пять. Пора начинать трудовой день. Удаленная работа – самое большое надувательство. Поначалу кажется, что экономишь время: не ездишь в городском транспорте, не стоишь в очередях, не болтаешь попусту. Но на самом деле, тратишь больше. Причем в никуда – посмотреть в окно, сделать кофе, пролистать ленту в социальных сетях, поразглядывать узор на обоях, поковырять ногти, посмотреть на себя в зеркало, поговорить с отражением. И еще много нелепых занятий. Одержимо стараешься убрать всё лишнее, выполнить работу эффективно, чтоб клиенты были в восторге от сбалансированного треугольника «цена-сроки-качество», а в итоге работаешь круглосуточно. С другой стороны, чтоб много получать, надо много вкладываться.

На кухонном столе несколько грязных чашек, рассыпался сахар и валяются чайные пакетики. На порядок нет времени. Найдя новую упаковку дешевого растворимого кофе, Виктор набрал воды в пятнистый от копоти чайник и поставил его на плиту. Повернул ручку на газовой плите, клацнул зажигалкой, но не увидел ни единого синего огонька. Включил ещё раз – никакого шипения поступающего газа? Плита поломалась? Нет, вчера всё было в норме. Значит, нет газа. В двадцать первом веке, в культурной столице нет газа, занятно. Может, всех переводят на электричество? Надо было глянуть объявление на подъезде. Наверняка никогда не виданные им работники коммунальных организаций что-то писали об этом. Ладно, как говорится «утро начинается не с кофе» – подумал Витя и пошел в туалет. Включил свет, но лампа не загорелась. Вода-то есть? Открыл кран – кряхтит, пыжится, выдал пару капель, а дальше глухое сопение. «Здрасьте. Что это значит?» – подумал и присел на табурет, – «Делать-то что?». Исступленно побрел в комнату, включил ноутбук. Тот зажужжал, весело протрезвонил «привет» на своём машинном языке и выключился. Ну да, батарейка-то тю-тю, сдохла. Вот она – неприспособленность человека к внештатным ситуациям. Виктор почувствовал себя беспомощным и распахнул шторы, чтоб впустить дневного света в темную берлогу холостяка. С двадцатого этажа обычно не много людей видно, а сегодня и вовсе пустынно. Подозрительно. Видимо, придется что-то с этим делать. Например, сходить к соседям, спросить надолго ли эти ограничения. Открыл входную дверь, а там тьма непроглядная. Значит электричества нет у всех. Подсветил телефоном, добрёл до соседней двери. Звонок не работает, робко постучал. Деревянная дверь отозвалась тишиной. Сильнее. Никого нет. Подошел к другой, нажал на кнопку – раздалась противная мелодия, видимо звонок на батарейках. За дверью никаких шорохов или вошканья, тоже пусто. Виктор потрепал волосы, будто струшивая перхоть, и резко вспомнил, что у него проект горит. Нужно срочно отзвониться начальству – сообщить о ЧП! Вернулся домой, набрал номер, но услышав бездушное «на данный момент абонент не может принять ваш звонок…», сбросил. Сел в кресло. Поглаживая бороду и постукивая ногой, попытался хоть что-то придумать. Пойти в кафешку и там поработать? Но скорее всего, по всему району такая история. Позвонить Косте, поехать к нему? Как вариант. Клацнул пару раз по экрану смартфона, но снова уже знакомые слова «на данный момент…».

«Блин! Да что за чертовщина?!» – обратился Виктор к глухой тишине. Надо расслабиться, сходить в магазин. Давно пора продуктами запастись. Может, тем временем, всё само собой пройдет. Не может быть, чтоб это всё надолго было. На улице пасмурно, моросит дождь, серое небо и ни единого человека. Даже машины не ездят по дорогам и трамваи не тарахтят. Пугающая тишина. Перескакивая лужи, Витя дошел до супермаркета, открыл широкую потрескивающую дверь, а там тоже ни единого человека – ни кассиров, ни охранников, ни покупателей. Он зажмурился насколько было сил, открыл глаза – то же самое. Ущипнул руку, даже шлепнул ладошкой по лицу – никаких изменений. Вышел на улицу, огляделся. «Да не, не может быть» – подумал и решил зайти ещё раз. Плавно, аккуратно потянул белую пластмассовую ручку двери на себя, настороженно вглядываясь в глубину помещения. Продукты одиноко лежат на полках, холодильники размораживаются без света, двери открыты. Не хватает только шаров сухой травы, уныло катящихся по белому мозаичному полу как в вестернах. «Карантин что ли? – размышлял Виктор, и выбирал продукты. – Но тогда бы все дома сидели». Взял гречку и курицу. Чтоб не чувствовать себя вором, положил на кассе деньги и медленно, оглядываясь и выискивая глазами хоть какое-то движение, пошёл домой.