Хроники Дебила. Свиток 5 (СИ)

Лга’нхи шел впереди отряда, а я в самой его заднице… В смысле — в хвостовой части. Но чувствовал я себя как раз подходяще для, в этой самой заднице, пребывания. Мы с Лга’нхи поругались и поругались весьма конкретно.

…Причем я был прав, а он нет! Так что единственная причина почему мне сейчас так хреново, это то, что несмотря на мои разумные и обоснованные доводы, он тупо проигнорировал мое мнение и сделал все по-своему.

Ну вот сами скажите, — разве это не полный идиотизм, когда сразу и Вождь и Шаман, оставляют племя, да еще и когда оно, мягко говоря, переживает не самый простой этап своего существования?

Тем более, что я хотя бы мог сбагрить большую часть своих обязанностей на Витька и Осакат, а он у нас был фактически единственным и неповторимым. Так какого спрашивается хрена?

…Будто я сам в этот сраный Иратуг рвался! Да он мне тыщу лет ни разу не нужен, хоть его медом обмажь и в конфетный фантик заверни. Но в конце-то концов, раз разговор идет о моей женитьбе, то вроде как подразумевается что и мое присутствие на данной церемонии, в некотором роде будет не лишним. Да и стрелки Леокай на меня не спроста перевел, видать имел некоторые расчеты и надежды на то что я сумею решить конфликт мирным путем, в то время как Лга’нхи более склонен в подобных ситуация работать копьем, а не башкой.

Я даже примерный план придумал и команду подобрал. — Я, Гок’рат и Эуотоосик в основном составе, десяток-другой моих учеников в качестве носильщиков подарков и погонщиков верблюдов, ну и воинов пять-шесть для охраны и престижу.

Ставку делаем не на силу, а на хитроумие и необычность. Иратуг все-таки не самое последнее Царство в этих краях, и может выставить раз в десять больше бойцов, чем ирокезы, так что биться с ним лоб в лоб для нас бессмысленно. А значит, надо действовать, а вернее заставить врага действовать по принципу, — «видишь психа, — отойди!».

Когда к Вам заявляются аж два странного вида Шамана, да еще и, (жуткая экзотика) в сопровождении ручного аиотеека, это несколько нервирует и сбивает с толку. Заставляет проявлять излишнюю осторожность, или наоборот, — делать необдуманные шаги.

Как там говорил кто-то из великих? — «Удивить, — значит победить». Вот мы и будем удивлять всех возможных политических противников до усрачки и нервного заикания, вовсю используя и мою личную зловещую репутацию, так и репутацию непобедимого и ужасно крутого племени ирокезов.

…А реальную «крутость и непобедимость», мы оставим на самый крайний случай, как дополнительный аргумент, и страховку, что в случае если нас испугаются слишком сильно и все-таки убьют, (что сомнительно), — за нас будет кому жестоко отомстить. — Короче, — красивая и очень логичная комбинация, позволяющая творить безобразия и фулюганства прячась за угрозой «позвать старшОго братца», который порвет всех моих обидчиков как тузик грелку.

Как изящно и мило было все задумано, — не отвлекая большие массы воинов от повседневного труда, обойтись малыми силами, в то же время, как бы опираясь на воинскую силу племени ирокезов.

Запугивать туманными обещаниями, вместо того чтобы приволочь с собой толпу вояк, которые будут вести себя шумно, бахвалиться и корчить из себя не пойми кого, что в результате неизменно настроит жителей Иратуга против нас.

Но Лга’нхи моя стратегия не понравилась. В основном тем, что в ней не нашлось места для него. — То ли опять на подвиги дурачину потянуло, то ли он решил что без него не справятся. …Я даже допускаю вариант что он за меня волновался. (Ага. — Как продавать брата в мужья какой-то неизвестной бабе за кинжал и тряпки для своих жен, так рука не дрогнула, а как на великие дела одного отпустить, — сразу нервишки играют). …Но короче он мне всю обедню испортил, заявив что обязательно пойдет со мной.

Уж я его и уговаривал, и все расклады на пальцах объяснял… едва ли балет не станцевал на тему что он гораздо полезнее будет тут, и для меня и для племени. — Стоеросина уперся и слушать доводы разума отказался наотрез.

Короче, — произошла безобразнейшая сцена, да еще и на Совете, на глазах у всего племени. — Мы с Лга’нхи орали друг на дружку брызгая слюной, и едва не устроили драку. По крайней мере, — я точно был на грани того чтобы наброситься на брательника с кулаками, пусть даже единственная светлая перспектива что светила мне в это драке, — было заслуженно огрести по шее.

Чтобы не доводить до подобного позорища, мне пришлось, бормоча в гневе таинственные волшебные заклинания на «особом» языке, демонстративно плюнуть в костер, и гордо удалиться в свой шатер, наорав по дороге на какую-то бабу и пнув одного из разлегшихся на пороге шатра Щенков.

Вот с тех пор, а было это уже почти десять дней назад, мы с ним и словом не обмолвились. Более того, — и в Иратуг, фактически шли двумя отдельными отрядами.