Хозяйка Темной комнаты (СИ)

   Первой неприятностью в жизни Дины была фамилия. Безухова, да ещё в сочетании с полным именем Диана (спасибо, дорогие родители!) звучало просто отвратительно. Почти как Анжелика Табуреткина, была такая бедолага на младшем курсе. Неудивительно, что одним из главных критериев в выборе будущего мужа Дина считала фамилию. Так, перспективный Боря Мусоркин был, к тайному огорчению мамы, ею решительно отвергнут, зато "какой-то там" Вовочка, единственным достоинством которого была роскошная фамилия Горецкий, принимался если не на ура, то вполне благосклонно. Дина любила поддразнивать маму рассуждениями о скорейшей смене паспорта, но на деле не считала себя до такой степени закомплексованной идиоткой. Фамилия, конечно, отличная, но ведь с этим треплом несусветным вообще-то жить придётся! Нет уж, спасибо, здоровье дороже...

   Дина надеялась, что когда-нибудь ей попадётся индивидуум, в котором будут гармонично сочетаться нормальная фамилия и прочие достоинства, а пока жила в своё удовольствие: работала, ходила в кино и клубы, под настроение играла на любимом фортепиано, встречалась с подружками, читала книги... и изредка наведывалась в институт Бехтерева. Это и была её неприятность номер два. А, может, даже и один, если судить по "весу". Ведь фамилию-то, в конце концов, и без всякого замужества сменить можно (муторное это дело, но зато разовое), а вот эпилепсию одним махом не вылечишь. Дина с ней "на ты" с десятилетнего возраста; хорошо хоть, что благодаря грамотному лечению "классические" припадки почти прекратились. Из-за диагноза и "стояния на учёте" ей в школе почти не делали прививок - ух, как завидовали одноклассники! Пустой прививочный лист вышел боком при поступлении: на желанный биофак просто не взяли. Пережив нешуточное разочарование, Дина собралась и поступила наобум в институт культуры. Отучилась и теперь сидит в Публичке, в методическом отделе, "в каморке за шкафом" - тихо-мирно, скучно, зато есть время на книжки для себя. Из-за редкого, но меткого припадка, кстати, обломилась более перспективная работа: мама расстаралась, а она свалилась прямо в отделе кадров, все, естественно, перепугались... И, естественно, вежливо пригласили на выход. Ну и не надо.

   Со своей некоторой ущербностью девушка уже давно примирилась. В детстве и ранней юности всё воспринималось более болезненно, но после двадцати пяти приступы практически сошли на нет. Казалось, вот теперь живи и радуйся! Не тут-то было. На смену болезни пришло нечто странное, что беспокоило Дину всё больше и больше. И ведь не расскажешь никому...

   Началось это "странное" чуть больше месяца назад. Дина ехала домой после очередного девичника и изо всех сил старалась не заснуть. И так время позднее, а если ещё проехать остановку... Дина сама не заметила, как освещённый вагон метро постепенно расплылся перед глазами, свет потух, а привычный скрежет сменила оглушительная ватная тишина. Девушка растерянно поморгала, разгоняя сон - но темнота и не подумала рассеиваться. Густая, как кисель, она была теперь повсюду. Плотный тяжёлый воздух с явной неохотой проникал в лёгкие, заставив сердце сначала зайтись от страха, а потом почти остановиться. Паника сменилась какой-то безразличной покорностью: ну, умру, ну и что... может, "там" будет теплее...

   - Смотри, смотри, новенькая! - радостный змеиный шепоток раздался совсем близко, и Дина невольно вздрогнула, сбрасывая оцепенение.

   - Ой, точно! Чур, моя!! - это уже с другой стороны.

   - Обойдёшься! Тебя и так больше всех хвалят...

   - Девушка-девушка, тебя как зовут?

   - Скажи, что Алиса, ну пожалуйста, ну поззя...

   От этих невидимых голосов - вкрадчивого, возбуждённого и ноющего, в мозгу Дины, казалось, лопнула туго натянутая струна. Вспышка ослепительного белого света на миг разрезала кокон из "киселя", и девушка уронила на колени гудящую голову, зажмурилась, закрылась руками в детской попытке защититься от этого кошмара.

   - Отпустите, отпустите меня...

   Она сама не поняла, что смогла сказать это вслух. Точнее, не сказать, а выдохнуть - едва слышно, безнадёжно... Но невидимки явно услышали.

   - Да пусть идёт...

   - Хватит для первого раза, да, Шустрик?

   - Всё равно скоро вернётся.

   - Угу... Иди.

   Дина не отреагировала. Сил не осталось даже для того, чтобы просто пошевелиться, а уж идти... Да и куда?

   Невидимки, похоже, догадались о её состоянии.

   - Вон!!!

   От их дружного крика - в противовес шёпоту просто оглушительного - девушка взвизгнула, подскочила и... По глазам снова ударил ослепительный свет. Всхлипывая и вытирая невольные слёзы, Дина, наконец, осознала, что та давящая тишина исчезла. Привычно скрежетала и свистела подземка, мимо протопала какая-то грузная тень, выдав мимоходом "вот дура ненормальная!" Она... вернулась?!

   Дина от радости едва не повисла на шее обозвавшего её пожилого дядьки. Ура, всё кончилось!! Под опасливое бурчание "во-во, точно ненормальная..." девушка стремглав рванула из вагона. Смешно, это оказалась её родная станция!