Холодные деньки

Мэб, Королева Воздуха и Тьмы, монарх Зимней династии сидхе, имела своеобразные представления о лечении.

Я проснулся в мягкости.

Вероятно, я должен был сказать, что проснулся в мягкой постели. Но… это просто не передаст, насколько мягкой была постель. Знаете старые мультфильмы, где люди спят на пушистых облаках? Эти ребята проснулись бы, крича от боли, подсунь им одно из тех облаков после того, как они побывали бы в постели Мэб.

Огонь в груди, наконец, начал угасать. Тяжёлая шерстяная обивка, покрывающая мои мысли, кажется, принялась облезать. Когда я попробовал проморгаться, веки ощутились словно склеенными, но я сумел медленно поднять руку и протереть их. На иных пляжах было меньше песка, чем у меня в глазах.

Быть по большей части мертвецом — не слишком здорово.

Я был в постели.

Постели размером с мою старую квартиру.

Простыни были идеально белыми и гладкими. Кровать завешена драпировками ещё более белыми, покачивающимися от лёгких порывов холодного воздуха. Температура была настолько низкой, что пар изо рта образовал небольшое облако, но под покрывалом было комфортно.

Занавеси вокруг кровати раздвинулись, и возникла девушка.

Она была, вероятно, слишком молода, чтобы иметь право на выпивку, но являлась одной из красивейших женщин, которых я когда-либо видел в лицо. Высокие скулы, экзотические, миндалевидные глаза. Кожа оливкового оттенка, глаза — почти жуткое бледно-зелёное золото. Волосы стянуты в простой хвост, носила она бледно-голубую больничную одежду, а макияж отсутствовал вообще.

Вау. Любая женщина, что носит такое и продолжает выглядеть настолько хорошо, должна быть долбаной богиней.

— Здравствуйте, — сказала она и улыбнулась мне. Возможно, это была просто вежливость к больному, но её улыбка и голос были ещё привлекательнее, чем всё остальное.

— Привет, — ответил я. Мой голос больше походил на карканье, чем на человеческую речь. Я закашлялся.

Она поставила накрытый поднос на небольшой столик у кровати, и села на её край. Сняла с подноса крышку и взяла в руки белую фарфоровую чашку. Потом передала её мне — там оказался почти обжигающий куриный бульон с лапшой.

— Вы каждый день повторяете эту ошибку. Начинаете говорить прежде, чем промочите чем-нибудь горло. Попейте.

Я сделал пару глотков. Это было здорово. У меня внезапно мелькнуло воспоминание о том, как я болел, когда был ещё маленьким. Я не мог вспомнить, где мы тогда жили, помнил только, что папа приготовил мне куриный суп с лапшой. Вкус был точно такой же.

— Думаю… что-то я помню, — сказал я после нескольких глотков. — Вас зовут… Сара?

Она нахмурилась, но я покачал головой прежде, чем она успела заговорить.

— Нет, постойте. Сарисса. Ваше имя — Сарисса.

Она подняла брови и улыбнулась.

— Уже кое-что. Похоже, что к вам, наконец, возвращается ясность мышления.

У меня в желудке заурчало, и я мгновенно почувствовал сосущий голод. Я удивлённо заморгал от внезапно появившихся ощущений и принялся жадно глотать суп.

Сарисса засмеялась надо мной. От этого смеха комната показалась более светлой.

— Не захлебнитесь. Вам некуда спешить.

Я прикончил чашку, лишь немного пролив себе на подбородок, затем пробормотал:

— Ещё как есть куда, чёрт возьми. Я просто умираю с голоду. А можно добавки?

— Вот что я вам скажу, — произнесла она. — Прежде чем получить второе, нужно сначала его заработать.

— В смысле?

— Можете сказать мне ваше имя?

— Вы что, не знаете, как меня зовут?

Сарисса снова улыбнулась.

— А вы?

— Гарри Дрезден, — представился я.

Её глаза сверкнули, и это заставило меня почувствовать себя отлично с головы до ног. Особенно когда она достала тарелку, на которой был цыплёнок с картофельным пюре и какими-то другими овощами, которые мне мало знакомы, но, возможно, полезны для меня. Я думал, что начну пускать слюни на пол, до того аппетитно выглядела еда.

— Чем ты занимаешься, Гарри?

— Я профессиональный чародей, а ещё частный детектив в Чикаго, — ответил я. Потом нахмурился, внезапно вспомнив кое-что ещё:

— Ох. И Зимний Рыцарь, полагаю.

Несколько секунд она внимательно смотрела на меня с абсолютно неподвижным, словно у статуи, выражением лица.

— Гм, — решил напомнить я. — Как насчёт еды?

Она вздрогнула и отвернулась от меня. Затем быстро собралась с духом, взяла странной формы небольшую вилку, какие дают детям с нарушением двигательных функций — с закруглёнными зубцами — и вложила в мою руку.

— Если ты и с этим справишься, значит, сегодня действительно добрый день.