Халиф на час

Десять лет правила Россией императрица Анна Ивановна.

Анна была дочерью царя Ивана Алексеевича, брата и соправителя Петра Алексеевича, и царицы Прасковьи Салтыковой. В 1711 году царь Петр Алексеевич отдал Анну замуж за герцога Курляндского Фридриха. Замужество не самое почетное и таки бы и осталась она прозябать в нищей Курляндии, если бы не преждевременная смерть юного императора Петра Второго1 в 1730-ом году.

Вельможи российские, поскольку мужское потомство дома Романовых прервалось, решили обратиться к женской линии и выбрали одну из дочерей покойного царя Ивана Алексеевича Анну.

Тогда князь Дмитрий Голицын заявил, что Анна еще в брачном возрасте и в состоянии произвести потомство. Вельможи его поддержали. Анна никакого влияния в России не имела, это определило выбор. Голицыны и Долгорукие задумали не просто короновать Анну, но сделать её марионеткой в своих руках. Потому предложили ей корону на определенных условиях, которые назывались кондиции. Согласно кондициям, Анна не имела права начинать войну и заключать мир, вводить новые налоги, производить в чины выше полковника, жаловать имения, запускать руки в казну, вступать в брак, назначать наследника престола.

Анна кондиции подписала и прибыла в Москву. Но сторонники самодержавия убедили императрицу кондиции не соблюдать и править самостоятельно, без оглядки на великих вельмож. Новая царица прилюдно порвала кондиции и провозгласила себя самодержавной государыней.

Императрица окружила себя курляндскими дворянами, которым доверяла. Русских она побаивалась и потому держала их вдали от трона. Первым фаворитом Анны был Эрнест Иоганн Бирен, которого она к себе приблизила, когда еще была герцогиней Курляндии. Анна сделала его графом, а затем не без её помощи, Бирен получил герцогство Курляндское и стал именоваться герцогом Бироном.

Анна ненавидела дочь своего дяди императора Петра Первого Елизавету. Потому всеми силами хотела утвердить престол империи Российской за потомками царя Ивана, а не Петра. Потому на второй год своего царствования она объявила, что трон наследует потомок по мужской линии её племянницы Елизаветы-Анны-Христины Макленбургской. Она была дочерью родной сестры императрицы Екатерины Ивановны, выданной замуж за герцога Макленбургского. Её после крещения в православие нарекли Анной Леопольдовной. Для произведения потомства принцессу выдали замуж за герцога Антона Улриха Брауншвейгского, племянника императора Австрии.

1740 году она была уже тяжело больна. Медики диагностировали подагру и мочекаменную болезнь, связанные с невоздержанностью императрицы к жирной пище и употреблению вина.

Больная царица ждала рождения наследника. Анна Леопольдовна была в тягости, и страна ждала, кого родит принцесса мальчика или девочку?

Год 1740, август, 12-го дня. Санкт-Петербург.

Наследник престола.

Эрнест Иоганн Бирон, светлейший герцог Курляндский первым явился поздравить императрицу с торжеством.

Анна была на седьмом небе от счастья. Родился наследник престола! Колено, от царя Ивана ведомое, утвердиться на троне империи Российской, взамен колена Петрова.

– Эрнест! Друг мой, радость у меня великая! Родила племянница наследника трона. Смотри, каков крепыш.

Императрица указала на младенца, которого как раз пеленали мамки. Будущий император был большеголовым и не крикливым. Он широко разевал свой розовый рот и сучил ножками.

– Прекрасный младенец. Он станет великим императором, Анхен.

– И нареку я сего мальца Иоанном, в честь батюшки мого. И станет он императором Иоанном III2.

В помещение вошел новый посетитель. Это был вице-канцлер империи граф Андрей Иванович Остерман. Императрица и перед ним стала хвастаться младенцем. Вице-канцлер рассыпался в комплиментах.

Бирон внимательно посмотрел на Остермана. Чего теперь ждать от сего старого хитреца? Останется ли он верен их договору? Остерман часто предавал друзей и союзников, коли было сие ему выгодно. Теперь Волынского уже нет, и он не помеха вице-канцлеру. И не захочет ли Андрей Иванович сам поста регента при сем младенце, мирно в колыбели лежащем?

– Нынче, – продолжала хвастать императрица, – Лизка распутная сдохнет от досады! Вот он наследник мужеска пола! И сие не Анны Петровны3 мальчонка, коего кильтским ребенком кличут. Не гулящей девкой сие дитя рождено! Про то помнить надлежит!

– Будем помнить, матушка, – склонился в поклоне Остерман.

– Младенца перенесть в мои покои! – приказала Анна. – Я сама за ним присматривать стану. А то много кто сему мальцу уже смерти желает! И всех собрать нынче при дворе для праздника великого! И Лизку пригласить! Пусть видит!

Затем она сама схватила младенца и понесла его на свою половину, забрав у родителей. Анна Леопольдовна и принц Антон Брауншвейгский и пикнуть не посмели.

Бирон и Остерман из покоев принцессы вышли вместе.