ГСВГ, сержант

1.

Мне было не хорошо, ну вот совсем не хорошо. Тошнота, головная боль и тело совершенно не мечтающей что-то делать. А ведь знал, что так будет и всё равно выпил последнию рюмку. Друзья наливали сначало пива, потом коньячка, за шлифовали водкой, но это уже без меня. Я ушёл спать в номер, кажется после первого дополнительного рейса за кониной. Нет, как они так могут, целую ночь бухать и с утра встать раньше меня и после чего подгонять на самолёт, который рванёт в небо через три часа, вот мы и поехали, то есть полетели. Кое как, с больной головой, похожей на огромный металлический шар, в котором отдаётся каждое слово протяжным звоном, собрался. В аэропорту, наконец-то меня вывернуло и полегчало. Хорошо успел до туалета добежать и не облевать никого по дороге. Потом была посадка, самолёт медленно заполнялся людьми и ещё до взлёта я отправился почивать. Мир Морфея встретил меня снами в которых я летал. Дважды летал. Во сне я знал, что я лечу на самолёте и при этом мне не нужны были крылья. Сначало было просто парить приятно и легко, а потом всё переменилось, подул ветер и началось падение. Голова кружилась, тело без конечно падало. Резкий толчок остановил падение.

- Дзинь, блямс.- раздалось, где-то рядом. Затем мужской голос сказал.

- Готове, розвин паре.

Опять началось покачивание и меня тыкают в бок.

- Вставайте молодой человек, пограничники.

Какие нахрен пограничники, я в самолёте, кто тут збрендил. Открыв глаза обнаружил над головой спальную полку вагона, с которой свисали ноги в трико. Зажмурился, открыл, ноги пропали, полка осталась. Хозяин ног мялся в проходе. Парень лет двадцать в спортивных трико, по последней моде с одним белым лампасом на штанине и совсем не модной майке алкоголичке, стоял в проходе, думая... А хрен знает о чем он думал. Вроде как нацелился сесть ко мне, но мне лень двигаться. Наконец, сосед на против, бросив на меня укоризненный взгляд, подвинулся и парень приземлился. Дверь купе была открыта на распашку. По коридору вагона прошли два пограничника с собакой. В сапогах начищенных до полного изумления. Сапоги. Их вроде отменили, берцы давно. Но фиг знает, что носит граница. А какая граница и что я тут делаю. Вдруг ножом, по мыслям пронеслось где-то на краю сознания.

- А мы где? - спросил я своих попутчиков. Нас в купе было четверо, кроме давишнего парня, женщина лет сорока, симпотичная, стрижка каре, аккуратный макияж, футболка с выпирающими обводами лифчика и мужик, помоложе меня будет, но вот для крали в качестве мужа вполне подходит. Со знатным пузом, в зеленной армейской рубахе. Ха-ха. У меня такая же была в армии, только это было тридцать с хвостиком лет назад.

- Брест. - ответил мужик, скривив лицо.

Мысли понеслись голопом, но сумбур в голове не мог устаканиться. И главный вопрос, что мучил меня.

"Куда я еду?" За границу я точно не собирался, тем более к пшекам или куда дальше. В купе вволился пограничник и по требовал.

- Ваши документы.

Народ начал передовать ему паспорта, а что дать мне? Я хлопнул себя по груди, на мне оказалась точно такая же рубахе как на мужике, зеленная с двумя карманами спереди и эти карманы не были пусты. Открыв правый, там было более твёрдо, вытащил и не глядя отдал пограничнику. Тот был в форме, совсем не от Юдашкина, мир праху его. А в форме Советского образца. Что у братьев белорусов, до сих пор в этом ходят? Ну батька молодец, экономный. Я рассматривал погранца, погранец изучал наши документы. Документы удовлетворяли его. Просмотрев всё, в том числе мои, он проштамповал в паспортах, мне же ещё щелкнул в какой-то бумажке и оставил всё на столе. Народ разобрал бумаги, мне достался оставшейся документ. Взяв его и открыв я выпал в осадок. Это был мой военный билет. Пришло осознание, моя крыша съехала и дрейфует в сторону дурки. Меня, мужика предпенсионного возраста, таможня пропускает за границу, без визы и загранпаспорта, по военнику, выданному мне в шестнадцать лет. Ещё и декларацию про штамповал...

А может, я в коме? Поднеся руки к глазам убедился, что это не так. Во сне и в коме, человек на может увидеть свои руки, это я вам как муж медика-реамотолога говорю. Любимое занятие моей половинки, кроме спасения бренных тел, лечение душ подруг, а точнее расшифровка их снов. Увидела подруга курицу во сне, всё жди прибавление в семействе, вот что хочешь делай, но через девять месяцев, ты обязана родить, ну или на край, привезти к себе жить любимую тёщу своего мужа. Любимая и просветила своих подруг, а за одно и меня, что человек не может во сне увидеть себя.

После ухода пограничника, народ раслабился, начали доставать еду.