Гранит

Корш-каменотес вернулся с работы усталый. Бригада выполняла подряд от города. Резала камни брусчатки. Пахали все, как проклятые. Сил осталось только добрести до дома, да сполоснуть лицо холодной водой. Потом он тяжело опустился за стол и принялся ждать, когда супруга накроет ужин. Та, впрочем, не мешкала. Собрались детки. Мелкие пацаны-погодки уселись рядком, вооружились ложками, старший, Петюня, вертелся распираемый какими-то своими новостями. Вот только слушать его у главы семейства ни сил, ни желания не было. Он опрокинул стопку крепкого, прислушался к огненному комку, что промчался по пищеводу. Вздохнул радостно и принялся хлебать острые и кислые щи. Усталость уходила постепенно. В голове прояснилось. Он уже совсем было собрался спросить у старшенького о новостях, но тут на крыльце затопали, потом кто-то постучал во входную дверь. Хозяйка еще только собиралась двинуться, открыть, как дверь распахнулась сама. Вошел гильдейский старшина, да не один, а в сопровождении головы гильдейской же стражи. Дверь закрылась, но хозяину удалось увидеть, что на крыльце остались ждать еще несколько стражников. Крош напрягся, приготовился слушать.

– Бог в помощь, – прогудел вошедший, по обычаю. Потом не спросив разрешения уселся на лавку с краю стола. Огладил свою седую бороду, посмотрел на каменотеса внимательными голубыми глазами. Стражник занял позицию у старшины за спиной. – Гадаешь, чего мы к тебе приперлись? Так ты у старшенького спроси, вон его, аж распирает.

Получив разрешение, Петюня затарахтел радостно.

…– А мы его тогда… Так он в защиту ушел, камень вокруг себя соорудил. Здоровый такой и круглый. А мы значит…

– Понял, Крош, что твой пострел сотворил? Спровоцировал Федьку, сына горшечника-Фрола на обретение, понял нет?

– И чего в этом такого? – Здоровяк каменотес никак не мог понять, чего такого случилось-то.

– Ты своего лоботряса, когда на проверку собирался вести?

– Так известно, года через четыре, самый срок будет…

– А Федьке уже сейчас устроили, а он твоему Петюне одногодок. Это как по-твоему, правильно? По закону?

Крош побледнел. До него только сейчас начал доходить размер неприятностей, что устроил семье конопатый непоседа. Тем временем оказалось, что гость еще не закончил.

– Дальше. Когда Федька укрылся камнем, твой придурок со своими прихвостнями принялись лупить по шару палками, после попытались и вовсе скатить его в реку. Хорошо хоть народ увидел безобразие, прогнал охламонов, да мамку Федула позвали. Та смогла достучаться до сына, камень тот убрал…

– Значит все хорошо? – У хозяина дома от сердца отлегло.

– Не совсем. Сейчас стало быть ситуация такая. Федул лежит дома, в себя не приходит. С ним наш гильдейский лекарь работает. Если до утра не очнется, придется звать лекаря с Академии. Платить кто будет? Знаешь сколько они берут? Следующее. Если дар не сохранится, а это вполне вероятно, так как ритуала то правильного не было, магический мастер-наставник не присутствовал, то Петюня твой пойдет на виселицу. Гильдия потерю сильного Камня не простит. Это ясно?

Теперь проняло и сорванца. Он сидел молча, раскрыв рот. Веснушки проступали на бледной коже лица. В углу тихонько заплакала мать. Пацан тоже всхлипнул раз, потом другой.

– Что я вижу? – Старшина смотрел насмешливо, – непобедимый боец распустил нюни. – Гость повернулся к главе семейства, – Крош, тебя сколько просили унять сыночка? А ты что говорил? Мол пацаны всегда дерутся, это нормально мол. Ну, доигрался? Тебе, когда в гильдию брали, давали законы наши, устав. Ты их прочитал хоть? Нет? Зря. Мы тут стараемся, как одна семья жить. Помнишь, когда ты только переехал, сколько тебе соседи натащили всякого, помнишь? Ты хоть раз отдарился? Хотя бы для вида? Молчишь? Ну молчи, молчи…

В этот момент снова распахнулась входная дверь. Через сени, в горницу прошел молодой стражник. Склонился к уху старшины, прошептал что-то тихонько. Потом выпрямился и утопал обратно на улицу. Гильдейский раздвинул бороду в улыбке.

– Очнулся Федька и дар при нем. Теперь ерундой отделаетесь.

Крош перевел было дух, но оказалось, что радовался он рано. Старшина вытянул в его сторону руку, шевельнул по-особому пальцами. Цепь с гильдейским же знаком, что висела на груди каменотеса звякнула и распалась на отдельные звенья. Бляха упала на стол и покатилась, дребезжа по доскам. Пока рука старшины не прихлопнула его.

– Ну что же! В Гильдии Ремесленников тебе не место. На собрании за тебя не проголосовал никто. Так что, сутки тебе на сборы и валите куда хотите. Дом этот тоже гильдейский, так что вперед и с песней. Пацану своему скажи спасибо.

– А как же заказ? Я что, плохо работал?