Господа Смуглеры...

Все не заладилось с момента, когда старая карга на площади затребовала с боцмана марку в качестве оплаты. Целую марку за паршивую ворожбу про красавицу из другого мира и гору золота в придачу. Неудивительно, что прагматичного боцмана такая наглость рассердила. И вместо денег старуха получила в ухо, и нас потом провожали проклятья и обещания кар небесных, в самом паршивом исполнении… Это всегда так: как что полезного у богов выпросить — так проблема, а как гадостей каких бедным контрабандистам пожелать — могут без запинки мешок отсыпать… Вот я и думаю, что именно тогда нам подбросили метку неприятностей. И хлебнули мы их с лихвой на Кадассе, с первым толстопузым таможенником, шагнувшим на борт «Лучезарной антилопы».

— Пятнадцать процентов стоимости груза. Или — на карантин! — важно заявил этот проходимец в мятой фуражке — капитана чуть не хватил инсульт.

— С каких пор?! — заскакал наш шкипер, подобно капле масла на раскаленной сковородке. — Уже сколько лет такса не меняется! Пять, пять процентов! И ни сантимом больше! Мне еще пять отдавать полиции и столько же составит цеховой сбор! С каких денег я заплачу в порту, если ты выгребаешь все подчистую?!

Но таможенник был упрям и не желал снижать таксу за провоз гнилых фруктов, битком забивших наши латаные трюмы.

— Пятнадцать. Или выметайтесь… И не пытайтесь сунуться сюда с новой вахтой, я поставлю ваше корыто в месячный список «обязательно к досмотру».

— Ну, уважаемый, давайте все же договоримся? — пытался продавить зажравшегося чиновника наш хитромудрый кэп. — Ведь все взрослые люди, все хотят жить. Я вполне могу рассмотреть вариант, когда вы чуть-чуть подвинетесь ниже с пяти процентов, а я найду ресурсы отблагодарить вас лично. И размер подарка…

— Пятнадцать! — рявкнуло мурло в фуражке, и я окончательно осознал, что сегодня не наш день.

— А-а-а! — в бешенстве заорал шкипер, оскалив свою огромную пасть.

— Хряп! — слязгали его зубы, когда примчалась охрана и спешно стала наводить порядок.

— Щелк! — сбрякали наручники, и хозяин «Антилопы» отбыл на отсидку в припортовую тюрьму. А нас выгнали из досмотровой зоны, закрыв ангар с кораблем до лучших времен. Учитывая, сколько стоил штрафной постой, таможня решила раздеть нахального капитана до нитки. А с капитаном — и нас.

— Ой-йе! Как мы попали! — осознал открывшиеся перспективы старпом, водрузив безразмерное седалище на скамью в ближайшем кабаке. — Шкипер будет пыхтеть за решеткой, а мы сгнием здесь, на захудалой планете! Ведь куда мы без капитана?!

Было удивительно, как это до старика Буера так быстро дошло. Я бы даже поставил пару грошей на кон, что реальный мир достучится до нашего умника через неделю. Но отсутствие любимой бутылки подействовало намного лучше, чем любые увещевания. И старпом озвучил вслух мысль, которая давно уже посетила каждого члена экипажа:

— Ой-йе, в какой мы… Мда!

Беда в том, что даже если бы мы штурмом взяли пыльную таможенную зону и захватили корабль, вся команда так бы и осталась плясать вокруг мертвой двигательной установки, которую наш благоразумный шкипер настроил на себя. Это уже неоднократно спасало «Антилопу» от попыток угона в тех мрачных дырах, куда нас заносили коммерческие интересы. А заставить наглого и упрямого ящера чуть-чуть подвинуться и отдать его любимый корабль… Проще налетчикам застрелиться с тоски. Или наставить глупое оружие на брюхо кэпа, взлететь повыше и взорваться там всем вместе. Потому как великому фаталисту проще нажать кнопку «Бум», чем слушаться каких-нибудь залетных гангстеров.

А раз шкипер теперь кукует в бетонных казематах, то нам: или искать другого работодателя, или добывать старого. Любым способом.

Сгрудившись за грязным столом, мы переглянулись и все вместе уставились на Счастливчика Боба, беглого каторжанина с дальнего Приграничья.

— Боб! — сказали мы хором, за исключением икающего от огорчения старпома. — Боб, день не задался. Совсем. И если ты не найдешь среди местной швали добрых друзей, эти неприятности легко затянутся на неделю. Или даже две… Слышишь, Боб? И никаких премиальных после распродажи груза нам не видать, как своих ушей…

Молчаливый громила поставил пустую кружку и почесал затылок. Больше всего на свете наш специалист по оружейным системам любил получать от жизни удовольствия: тотализатор, бои без правил, крепкие напитки и девочки в одежде и без. И обещанные премиальные должны были покрыть неделю отдыха Счастливчика. А раз нет шкипера, то нет и развлечений.

Поэтому бывший каторжанин лишь кивнул и отбыл в прожаренное солнцем уличное марево. А мы скупили все спиртное в забегаловке и стали горевать о нашем незадачливом капитане.

Не успели сумерки опуститься на город, как дверь трактира распахнулась, и внутрь ввалились две огромные фигуры, мало уступающие друг другу шириной плеч.

— Томми, — представил нового знакомого Боб.