Господа Чихачёвы

Моя книга изначально написана на английском и предназначена в основном специалистам по истории России. Книга создавалась в рамках научных дискуссий о развитии российских элит и в особенности поместного дворянства первой половины XIX века, а также о функционировании крепостнической системы накануне ее отмены. В книге рассматриваются и вопросы восприятия в условиях российской провинции ряда важнейших общеевропейских культурно-политических понятий, таких как различные варианты консервативной мысли, господствовавшая тогда идеология домашней жизни (domesticity) и связанные с ней гендерные понятия.

Что же касается данного перевода, то в этом случае была поставлена более расширенная задача: не только сделать монографию доступной для тех ученых, которым затруднительно прочитать ее в оригинале, но и дать возможность читателям-неспециалистам узнать о повседневной жизни дворян «пушкинского поколения», как говорится, из первых уст. В книгу вошли уникальные материалы дворянской семьи Чихачёвых, проживавших в небогатой усадьбе в Ковровском уезде Владимирской губернии и оставивших на редкость насыщенный семейный архив. Книга дополняет, а подчас и опровергает сведения о дворянской жизни эпохи крепостного права, почерпнутые в своем большинстве из художественной литературы или исторических исследований, основанных на архивах богатейших аристократических семей – таких, как Гагарины или Шереметевы. Чихачёвы же принадлежали к обширной массе «среднепоместных» дворян, живших в комфорте, но без излишеств и вовсе не горевших желанием вести жизнь титулованной знати. Об их жизни до сих пор было известно не так много, и глубоких детальных исследований, насколько позволяет судить анализ научных трудов по данной проблематике, практически не было.

Помимо этого, в процессе перевода были исправлены некоторые погрешности, а цитаты из архивных документов заново проверены, так что исследователи, на каком бы языке они ни писали, могут использовать эти цитаты для своих собственных работ.

Книга определяет и объясняет ряд важнейших с научной точки зрения вопросов, поднятых в дневниках и письмах Чихачёвых и их родных, а также рассматривает эти документы в более широком историческом контексте. С этой целью использована литература как по российской истории, так и по истории Великобритании, США и других стран. Кроме того, в книге приведено достаточно много живых конкретных деталей о быте и мировоззрении членов семьи Чихачёвых для того, чтобы сделать наиболее значимые аргументы как можно более ясными и убедительными. Необходимо отметить, что книга не исчерпывает исследовательский потенциал архива Чихачёвых, который, хотя и был ранее использован другими историками и краеведами, например С. Смит-Питер, Т. Н. Головиной и Н. В. Фроловым, по-прежнему ждет новых исследователей. Особый интерес этот архив может представлять для историков материальной культуры, экономики, экологии, сельского хозяйства и садоводства, а также всех аспектов крепостного строя – всех тем, которые эта книга затрагивает в той или иной степени, оставляя при этом значительное пространство для будущих работ. Учитывая уникальное культурное значение архива Чихачёвых, мне хочется выразить надежду, что в дальнейшем все документы их фонда будут оцифрованы или даже опубликованы.

Есть один важный вопрос, который оказалось сложно разъяснить. Он касается внешности героев книги. Мы знаем, что в 1831 году местный художник Иван Ильич Орехов написал семейный портрет Чихачёвых, а в 1842 году с них были сняты дагеротипы. Эти картины, если они вообще уцелели, до сих пор могут где-нибудь храниться как портреты неизвестных лиц. Мы знаем, что Андрей Иванович Чихачёв носил очки, имел «отколотый» зуб, «седоватые височки и рыжие усики», но описания внешности его жены или детей не сохранились. Большая часть имущества Чихачёвых была утеряна после 1917 года, но документы семейного архива были сохранены в Государственном архиве Ивановской области, скорее всего заботами правнучки Андрея Ивановича – Елены Константиновны. Принадлежавшие Андрею Ивановичу номера «Земледельческой газеты» оказались в Шуйском краеведческом музее. Сама усадьба Чихачёвых в деревне Дорожаево после революции была превращена в деревенскую школу, которая там располагалась в 2004–2005 годах, когда мне удалось посетить эту столь интересующую меня усадьбу. В школе был создан небольшой музей дворянского быта, и, учитывая неиссякающий интерес местной общественности к этой семье, есть надежда, что семейные портреты Чихачёвых или другие принадлежавшие им предметы отыщутся, может быть, даже с помощью читателей этой книги.