Гонщик-2

От Воронежа до Орла триста сорок шесть миль. При моей теоретической скорости в полсотни миль в час ехать мне семь часов. А по факту, может, и все десять. А те мобили, которые едут в среднем не быстрей сорока? Им пилить как минимум часов двенадцать. Учитывая то, что иные экипажи и до Воронежа-то добрались лишь затемно, трудно рассчитывать, что за один день они доедут до Орла. Поэтому на половине дороги был сделан промежуточный контрольный пункт в древнем городке Ливны.

Стартовали нынче в том же порядке, в каком и финишировали. А потому мы с напарником тронулись в путь всего лишь спустя полчаса после начала процедуры. Надо сказать, что не все из тех экипажей, что стартовали в Тамбове, смогли выйти на следующий этап. С десяток мобилей вышли из строя настолько, что им требовался полноценный ремонт в хороших мастерских. А кое-кто из дам, закончив этап лишь к полуночи, а то и после, просто не нашли в себе силы подняться и вновь сесть за руль. Если такой отсев сохранится на каждом этапе, то до финиша дойдет едва ли половина участников.

Не сказать, чтобы впереди меня оставались самые лучшие экипажи, но мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы на промежуточный контроль прибыть в первом десятке. Прокатились по Пушкарной улице, затем, повинуясь жестам инспектора дорожной полиции, свернули на Соборную и вскоре были остановлены толпой встречающих нас людей. Конечно, встречали не только нас. Все участники гонки вызывали сильнейший интерес. Но лидеры, как обычно, пользовались особым вниманием публики.

Я катил по Ливнам и глазел по сторонам. В прошлой жизни здесь не побывал, хотя возможностей к тому было множество. Старый, очень старый город. Упоминается в летописях аж с XII века. Хоть и любят уездные города ругать за сонность, за медлительность жизни, за дремучий допотопный уклад, но Ливны в этот шаблон решительно не вписывались. Городок немало разросся, живописно раскинувшись по левому берегу реки Сосны. Улицы широкие, прямые — не хуже, чем в Петербурге, иные мощены камнем. И заводы тебе, и лавки, не уступающие тамбовским, и кабаки-ресторации в ассортименте. Одних церквей семнадцать штук. Центр весь каменными домами высотою в два-три этажа застроен. Железная дорога — и та имеется. В общем, почти что оплот цивилизации.

Контрольный пункт был устроен на центральной площади города перед городским садом. Что удивительно, площадь называлась Красной. Я как-то привык думать, что в России такая одна, у Московского кремля. Ан нет, и в уездном городке обнаружилась. С трудом пробившись сквозь толпу зевак, мы с Клейстом, наконец, добрались до палатки организаторов. Полный усатый мужчина в темно-коричневом костюме и котелке поднялся мне навстречу.

— Господин Стриженов?

Он быстро пробежался по списку, нашел мою фамилию и сделал отметку.

— Вы неплохо движетесь. Если считать чистое время пути, то вы сейчас абсолютный лидер. Думаю, у вас есть все шансы добраться к Орлу первым. Если желаете, можете передохнуть: к вашим услугам ресторан и гостиница. Может, у нас нет особого шика, но все вполне благопристойно и несказанно вкусно.

Мы с Клейстом переглянулись. Сейчас половина второго часа пополудни. Если выехать пусть даже через полчаса, позволив себе нормальный обед, то вполне успеваем добраться в Орел засветло. Впереди было теперь совсем немного конкурентов. И то, что мы сами выдавали им получасовую фору, меня не слишком напрягало: обгоним. Обязательно.

— Ну что, Николай Генрихович, заморим червячка?

— Если только к мобилю охрану приставить. Иначе разберут на сувениры.

Полчаса, как будто, срок невеликий. Но мы успели плотно перекусить, выпить по чашке крепкого кофе и даже немного отдохнуть. Потом как-то враз поднялись, оставили на столе несколько ассигнаций и вышли наружу. Городовой принял за свои труды целковый, мы погрузились в мобиль и отправились было дальше, но не тут-то было: быстро уехать нам не дали. И не из-за козней гипотетических злодеев, а просто именитейшие (читай, богатейшие) люди города возжелали сделать фото с нашим экипажем и непременно на фоне лучшего мобиля этих гонок. Отказаться было просто невозможно: потом в Ливны можно будет даже не соваться. В трактире в суп плюнут, в гостинице самый гадкий номер подсунут, а деловые люди просто разговаривать не станут.

Прежде, чем сделать снимок, фотограф долго выстраивал людей, возился со своим деревянным ящиком на треноге, накрывался черной простыней, потом выныривал из-под нее и еще что-то менял. Внешне я старался выглядеть спокойно, но внутри весь кипел. В итоге — еще полчаса долой. Утешало лишь одно: впереди еще два с половиной этапа, эти полчаса вполне можно будет нагнать.