Головы

Грег Бир

Головы

Пер. - О.Черепанов.

Порядок и холод, жара и политика. Установление неправильного порядка: злоба, смерть, самоубийство и уничтожение. Я потерял тех, кого любил, расстался с иллюзиями, дошел до последней стадии умственного и физического истощения. По-прежнему преследуют меня в снах огромные, в четыре этажа, серебристые рефрижераторы, недвижимо повисшие в черном вакууме Ледяной Впадины, постоянно работающие мощные дестабилизирующие насосы, бесшумно втягивающие в себя воздух, призрак моей сестры Ро, растворяющийся на глазах, выражение лица Вильяма Пиерса, воочию столкнувшегося с тем, что составляло цель его жизни.

Я понимаю, что Ро и Вильям мертвы, но никогда не буду знать наверняка. Еще меньше уверенности у меня относительно четырехсот десяти голов.

Ледяная Впадина, расположенная пятьюдесятью метрами ниже пепельно-серого риголита Бурного Океана, в географическом центре обширных и по большей части пустынных Сандовальских территорий, появилась в результате вулканической отрыжки в древнейшую лунную эпоху и представляет собой пузырь естественного происхождения, почти девяноста метров в поперечнике, некогда заполненный водой, просочившейся из ближайшего ледопада.

Некогда Ледяная Впадина была доходной шахтой, одним из самых богатых месторождений чистой воды на Луне, но из нее давным-давно все выкачали.

Моя семья - связанная родственными узами община сандовалов - не смирилась с тем, что осталась не у дел, и основала там убыточную фермерскую Станцию. Станция обеспечивала продуктами три дюжины жителей все, что осталось от трех сотен, ранее обитавших в этом пространстве. Объект был в крайне запущенном состоянии, плохо управлялся, и - что гораздо хуже для лунного истеблишмента - в лабиринтах коридоров была непролазная грязь. Сама Впадина не использовалась, водоконсервирующая нитрогенная атмосфера давно улетучилась; дно усеяно обломками после сейсмических катаклизмов.

В таком малопривлекательном месте мой шурин Вильям Пиерс и предложил получить абсолютный нуль, общий знаменатель порядка, мира и спокойствия. Стремясь заполучить для своих работ Ледяную Впадину, Вильям обещал сшить из свиного уха шелковый кошелек, туго набитый научными открытиями. В свою очередь, Сандовальская община сможет похвастаться фундаментальным научным проектом, повышающим ее статус внутри Триады, и, соответственно, улучшить свое финансовое положение. Он утверждал, что Станция в Ледяной Впадине, которая в настоящее время не более чем жизненное пространство для нескольких дюжин неприкаянных шахтеров-ледорубов, изображающих фермеров, получит реальное назначение. Сам Вильям рассчитывал совершить нечто беспримерное и бросить вызов существующему порядку вещей.

Ро, моя сестра, поддержала мужа, пустив в ход неистощимую энергию и обаяние, а также то, что жила у моего дедушки, для которого она всегда и во всем была права.

Но, даже получив благословение дедушки, идея подверглась придирчивому изучению членов сандовальского синдиката - финансистов и предпринимателей, а также ученых и инженеров, многие из которых в свое время работали вместе с Вильямом и знали его как человека необычайно одаренного. Ро искусно провела предложенный им проект по лабиринтам скепсиса и критицизма.

Наконец, получив одобрение четырьмя пятыми голосов, при сильном противодействии финансистов и сдержанном признании целесообразности со стороны ученых, проект Вильяма был принят.

Томас Сандовал-Райс, глава общины и директор синдиката, дал свое согласие, хотя и неохотно. Должно быть, он усматривал определенную пользу в осуществлении подобного проекта, в высшей степени рискованного, но многообещающего с научной точки зрения; времена тогда настали тяжелые, и понятие престижа приобрело жизненную важность даже для пяти ведущих семей.

Томас решил, взяв за основу свой проект, создать тренировочный полигон для подающих надежды членов семейства. Ро, без моего ведома, замолвила за меня словечко, и в результате я вдруг занял гораздо более высокое положение, нежели того заслуживал. Учитывая мой возраст и опыт работы, меня назначили главным финансовым менеджером и ответственным за материальное обеспечение.

Верность семейным традициям и настойчивые уговоры сестры заставили меня прервать обучение в Транквиле и перебраться на Станцию в Ледяной Впадине. Вначале все происходящее не вызывало у меня особого восторга. Я считал своим призванием гуманитарные науки, а вовсе не финансово-предпринимательскую деятельность. В глазах собственного семейства я тратил попусту время, отпущенное на образование, изучая историю, философию и произведения земных классиков. Однако при этом проявлял способности и к техническим наукам, в большей степени к прикладным, чем к теоретическим, и немного разбирался в финансовых делах семьи. Я чувствовал, что справлюсь с задачей и тем самым смогу продемонстрировать старшим, на что способен человек с гуманитарным складом ума.