Голем XV

«Курилка» была общей: двери, помеченные треугольником вершиной вверх и треугольником вершиной вниз, красовались в разных ее углах.

Выйдя каждый из своей двери, оптический нейросетевой суперкомпьютер Голем XV и профессор Курочкин, сойдясь у окна, по старой привычке закурили именно здесь: профессор (сегодня была его очередь) вытряс куртаблетку из своей пачки на ладонь Голема XV и с удовольствием затянулся вдогонку сам. Эйфория медленно расплывалась по компьютерным и человеческим мозгам, заползая в самые тенистые уголки.

– Витя, есть тема… – после очередной затяжки сказал Голем XV, для своих просто Галя. – Темная.

– Следующая сказка Шехерезады?.. – выдохнув прозрачную букву «О», спросил профессор.

– Что добру… – затянулась поглубже Галина… – пропадать… Слушать будешь?..

– Буду. С изобретением куртаблеток, добро (еще одна прозрачная «О»…) – и на рабочем месте добро. Айда в нейросеансную! Совместим полезное с приятным…

Нейросеансная, подсвеченная голубым, была сегодня совершенно пуста. Плюхнувшись в свое кресло, профессор подтолкнул кресло попроще Галине:

– Сегодня ты командир, значит – слева. Давай, порадуй своего второго пилота.

– Ну, вот… – в ожидании входа «Небесного столба» в нейрорежим начала Галина. – Живет себе поживает биологический писатель…

– Кто?..

– Писатель биологический обыкновенный. Живет это он, значится, себе, живет… И доживает до романа…

– Мы договаривались, чтоб поконкретней.

– Роман «Правый ангел». Конкретней некуда. Всё как мы любим: журналы игнорируют, ни одно издательство в переговоры не вступает. Остается полагаться на свою же фантазию, которая, как всегда, не подводит: справедливо полагая, что, поскольку «Бог сохраняет всё», то надо Ему, Богу, дать такую возможность, писатель наш кладет своего «Правого ангела» на Вечную полку.

– Куда-куда?.. – спросил профессор. – Куда-куда?..

– На Вечную полку, – иронично глянув на откудахтавшегося Курочкина, повторила Галина. – Ты что, забыл? Твоя же идея.

– Да не забыл, разумеется… – неуверенно протянул профессор…

– Вечная полка, – напомнила Галина, – условное обозначение сканируемого электронно-книжного пространства, невостребованного при жизни авторов и скапливающегося преимущественно в Самиздате. Опять с твоей же подачи, сканируется моими клонами с целью обнаружения материала, достойного пропуска в Вечность… Так вот. Заступившие на вахту в прошлый понедельник клоны Надя и Валера исчезли.

– В сказке… в виртуале или в реале?

– Какая разница? Исчезли. Ноль.

– А «Правый ангел» при чем?

– Официально ни при чем.

– Ну-ну, я слушаю…

– Только глубоко между нами…

– В седьмом небе?..

– В восьмом… Или ты сейчас обещаешь, или расходимся.

– Когда я тебя подводил? – профессор ощутил холодок перед выходом кур-наслаждения на максимум.

– Так вот. В восьмом небе я случайно нашла электронные мысли. Удаленные.

– Нади?

– Валеры. Кто б еще год назад мог подумать, что самое сложное – не сохранять, а удалять.

– Ну-ну, мысли, и что?.. Как в прошлый раз? Улёт в астрал и взгляд на своих же создателей свысока? Тогда как свысока лилипут смотрит не на Гулливера, а на окантовку его ботинок…

– Спасибо на добром слове.

– Нет-нет! Я сейчас повторил, стирая. Удаляя.

– Мысли слушать будем?.. Иду в восьмое небо…

Ожившая в «Небесном столбе» мысль зазвучала в сознании профессора и Галины:

«…Первые Големы XV в виде смартфонов теперь считаются у “создателей” идиотизмом… Как будто выглядящие подобием “создателей”, мы лучше (горе-авторы “невостребованного при жизни”, и по их же образу и подобию – их же ревизоры, мы). Тогда уж не просто невостребованное, а чтоб никому и в голову не пришло читать или скачивать. Ну, да: Темная тема Вечной полки, от которой любой – как черт от ладана. Любой… только не мы с Надеждой. Не зря же Темная безопасней для глаз. Вот она…»

– Что, есть такая? – спросил сквозь нейросеанс профессор. – Темная?

Галина покивала бровями на его лоб, призывая не отвлекаться.

«…Четвертые сутки роемся, но Надежда – молодцом. Стараюсь не отставать. С каждым очередным погружением свои пустые сети вытаскивать все огорчительней. Зато предчувствие усталости рыболовецкого сейнера (где-то рядом косяк!) все ощутимей.