Гоэтия, последняя дочь сумерек

На дворе стояло жаркое лето. Пылающий диск солнца медленно поднимался из-за горизонта. Округа вскоре наполнилась петушиными криками, сигнализирующими о начале нового рабочего дня.

Юная Леана, которой сегодня исполнилось восемнадцать лет, устало зевнула и потянулась. Вдруг в дверь комнаты постучался её отец.

– Лея, вставай, – сказал он.

– Ну дай ещё пару минуточек полежать, – жалобно протянула она.

– Ну хорошо, только потому что у тебя день рождения.

Довольная собой девушка перевернулась на другой бок и закрыла глаза. Петушиные крики всё не стихали и вскоре, ворча и сетуя на надоедливых животных, Леана скинула с себя одеяло и села на край кровати.

– Проклятые птицы… – ругалась она. – Вот зарубит отец одного из вас на праздник, тогда я и посмеюсь…

Открыв до ужаса скрипучий сундук, Леана вытащила своё льняное платье. Она тут же надела его поверх длинной рубахи в которой спала и подвязала поясом, чтобы наряд не мешался при работе.

Из круглого окошка открывался вид на лес и протекающую поблизости реку.

– Леа! – послышался отцовский бас снизу.

– Иду, иду, – крикнула в ответ девушка.

Спустившись по лестнице вниз, она застала мать за работой. Та сидела на скамье и что-то пряла. Отец стоял у двери и дожидался дочь.

– Ну, пойдём. Сегодня у нас будет короткий день. Праздник всё таки, можно немного и отдохнуть.

– Ура!

– Тебе лишь бы не работать, – задорно улыбнулся отец.

Выйдя из дома, они вместе направились сначала в курятник – проверить не появились ли новые яйца, затем в огород, чтобы собрать немного поспевших ягод к столу. Затем отец Леи ушёл вычищать коровник, а сама девушка отправилась к реке набрать пару вёдер чистой воды.

По пути ей встречались соседские юноши, которые делали ей яркие комплименты. Стараясь скрыть от их игривых глаз свою улыбку, Лея продолжала путь к водоёму.

Присев в траве на берегу, она рассматривала собственное отражение.

Выглядела Леана очень свежо и молодо. Густые, тёмные волосы достигали самых плеч. Глаза у неё были холодно-голубого оттенка. Крестьянский быт нисколько не навредил внешности юной девы. Даже её нежные руки не затронули трудовые мозоли как у её матери.

Закончив любоваться собой, Леана зачерпнула воду сначала в одно ведро, затем во второе. Она взяла их в обе руки и направилась домой. В мыслях витало только одно желание – поскорее закончить с работой и вернуться в любимую постельку.

Жила она в небольшой деревне на юге Мератуга вместе с отцом Бартом и матерью Кристиной. Хозяйство у них было весьма приличное – огород, курятник и три коровы.

В центре комнаты на первом этаже горел небольшой очаг. Лея вылила воду из одного ведра в котелок и поставила его на огонь. Когда вода внутри начала закипать, её мать ненадолго оторвалась от работы и закинула туда объедки оставшиеся со вчерашнего дня, чтобы сварить суп на всю семью. Его должно будет хватить на три дня.

– Ну вот, Лея, – обратилась к ней мать, – теперь ты уже совсем взрослая.

– Только не говори опять о…

– И теперь тебе надо задуматься о поиске будущего мужа.

– Ну мам!

– Вот умрём мы с отцом и на кого такое хозяйство останется? На тебя одну?

– Мам! – уже громче повторила Леана. – Рано вам ещё думать о смерти! В мирное время живём.

– Все беды приходят внезапно, – тяжело вздохнула Кристина. – Но твоё появление было для нас подарком самих богов. Очень долго мы не могли завести ребёнка, а потом в один прекрасный солнечный день услышали детские крики снаружи. Твой отец вышел из дома, а когда вернулся обратно то весь дрожал, держа на руках маленький свёрток. Я заглянула внутрь и увидела там слабую малышку, которой был всего один день отроду.

Женщина утёрла появившиеся на глазах слёзы платком и сказала:

– Я так не хочу тебя потерять.

Лея покачала головой.

– Мы обычные крестьяне. Нам ничего не грозит. Доживёшь с отцом ещё до внуков, вот увидишь.

Барт вернулся к вечеру, когда на улице начало темнеть.

– А вот и я, – сказал он, заходя в дом. – И не один, а с подарком!

В руке у него был небольшой мешок, который он демонстративно потряс, а потом вручил дочери.

Лея с необычайным интересом в глазах быстренько его развязала и через несколько минут достала оттуда самое настоящие платье, в каких ходят городские жительницы.

Платье было красное, расписанное золотым узором. На длинных рукавах были пуговицы. Хотя в нём было невозможно заниматься привычной работой, по меркам Леи оно выглядело великолепно.

– Ох, спасибо! Какая красота! – не могла сдержать она свою радость.

– И сколько же ты за него отдал, – схватилась за голову Кристина.

Довольный реакцией дочери Барт потрепал жену по голове и ответил:

– Достаточно много, но ради единственной дочери мне ничего не жалко.

После ужина они улеглись спать. Платье было аккуратно уложено в сундук с вещами девушки. Теперь у неё был самый настоящий наряд для праздников, и какой при этом роскошный!

“Теперь все девки в округе будут мне завидовать” – думала она.