Год Оборотня, или Жизнь и подвиги дона Текило

- Полагаю, ты ждешь объяснений? – наполовину снисходительно, наполовину утвердительно спросил Леокадий, знаком веля хозяину нести господам самое лучшее вино. -  Итак, придется начать с самого начала…

Леокадий на секунду примолк  и прищурил глаза,  рассматривая небо, море и собеседника.

В  Аль-Миридо царило и пело благодатное лето. Цвели розы,  сводя с ума от зависти апельсиновые деревья, жужжали пчелки, млели кошки. Иберрские красавицы, полускрытые кружевными мантильями, прогуливались, спеша подразнить пылких кавалеров неземным совершенством, которое те, быть может, заслужат с наступлением ночи. На избранных заборах распевали эльфы. Белоснежная громада королевского замка сияла мраморным великолепием на фоне голубого неба и лазоревого моря.

На самой окраине великолепного города, в переулке, извилистом, как коровий пищевод, притулилась таверна «Морское око». Это было обыкновенное – этаж с мансардой – здание, сложенное из самодельных кирпичей, с крышей из красной черепицы и террасой, сколоченной из сосновых досок, по старой иберрской традиции украденных в ближайшем корабельном доке.  Разве что вид  с террасы открывался нерядовой: казалось, стоит протянуть руку, и ты коснешься лазурных волн  и золотистых солнечных прядей, сделаешь шаг за порог – и вспорхнешь прямо к  безумно высокому небу…

На террасе, под вывеской, изображавшей что-то странное – то ли лупоглазое многорукое морское чудище, то ли схему атмосферных фронтов во время тропического тайфуна с комментариями свихнувшегося алхимика, - сидели двое. Один из них, высокий сухощавый человек средних лет, налил темного и густого, как драконья кровь, вина в бокал своего собеседника, краснолицего крепыша с буйными седеющими - перец с изрядной горстью соли -  кудрями вокруг загорелой лысины. Одежда крепыша выдавала в нем искателя приключений, – разноцветье костюма не шло ни в какое сравнение с количеством заплат (нулевым – на новенькой, отделанной позументами с золотом курте из тонкой кожи, одинарным – на плаще и явно недостаточным на изношенных портках). Меч, перевязь с метательными ножами, а особенно взгляд, цепкий и хитрый, подтверждали, что этот еще не старый, скорее, вошедший в лучшую пору зрелости, человек, умеет рискнуть, бросить на алтарь Удачи свою и чужую жизнь, не сожалея о сделанном выборе  и не печалясь о прошлом.

Собеседник искателя приключений, напротив, одет был в черные одежды, более подходящие скромностью и чопорностью какому-нибудь честному управляющему, аптекарю или служке небогатого прихода. Но именно он только что заказал самое дорогое вино, которым могла похвастаться прячущаяся на окраине столицы таверна – и расплатился, бросив официантам горсть золотых. Расплатился, как истинный хозяин жизни: даже не обернувшись, чтобы посмотреть, куда упали золотые кружочки.

Крепыш опустошил бокал, облизнулся. Леокадий перехватил взгляд, устремленный искателем приключений на бутылку, и с величавым – вернее, немного высокомерным – спокойствием подлил еще.

- Собрались однажды эльф, шаман и человек, и начали соревноваться в магии.

- Шаман – это орк, что ли? – переспросил крепыш, на секунду отвлекшись от крайне важного занятия: он вытряхивал в глотку последние капельки вина. Высокий человек в черном поморщился, протянул собеседнику бутылку и продолжил.

- Нет, это был не орочий, а риттландский шаман. Не отвлекай меня, я тебе дело говорю.

- Ну, дело так дело, - равнодушно согласился искатель приключений и надолго присосался к бутылке. Прикончил драгоценную влагу, бросил тару в угодливо раскланивающегося трактирщика и заревел во всю луженую глотку: - Быстро неси еще!! Лучшего вина мне и другу моему Леокадию!!!

- Дон Текило, прошу тебя… - поморщился черный сухой Леокадий.

- О чем? – хитро прищурился дон Текило. – Ты меня, как теленка, уже битый час какой-то бурдой поишь и поишь… А о деле еще не заикнулся.

Леокадий, сделав над собой усилие, промолчал. Проследил, как услужливый хозяин подобострастно доставил требовательному клиенту выпивку, сушеных крабовых лапок для закуски (хотя божественное вино было достойно, как минимум, большего) и, дождавшись, когда их оставят в одиночестве, продолжил.

- Я объясняю тебе, что дело нелегкое. И если ты за него возьмешься – хотя я слабо на это надеюсь, задача хитрая, уже как минимум двое на ней сломались, ты должен хотя бы приблизительно знать, за что берешься.

- За талию! – захохотал дон Текило, хватая бутылку за горлышко и бойко наполняя свой бокал. – Поверь, дружище, если за что-то и браться, то именно за нее!

Леокадий стоически промолчал. Дождался, когда его говорливый собутыльник прервет поток сладких воспоминаний под общим названием «Сто лучших талий моей жизни», и продолжил.

- Так вот. Эльф, шаман из северных земель и человек. Поспорили, чье магическое Искусство лучше.