Гнездо

В первом романе цикла — «Тень предшественника» — говорится о нападении агрессивных инопланетных существ (ксеноморфов), известных как «ґырги», на колонизированные человечеством планеты. Ґырги оказались искусственно выведенными существами, которые состоят из двух организмов, находящихся в симбиозе. Один из них — условно названный норнами — способен создавать межпространственные порталы, через которые в пораженные миры проникают организмы второго типа — бронированные быстрые хищники, рожденные на неизвестной планете огромной маткой, способной производить миллиарды ґыргов-воинов.

Расследование, инициированное правительством Звездной Империи, не дало однозначного ответа на вопрос: кто именно использует ґыргов, как биологическое оружие против человеческой расы? Сначала под подозрением оказались древняя цивилизация рептилоидов с планеты Ґормы и террористические группы, которые пытаются дестабилизировать имперскую администрацию. В конце концов, оказывается, что за террористами стоит неведомая сила, которая обладает знаниями и технологиями древнейших цивилизаций, населявших Галактику миллионы лет назад, в эпоху Первого цикла разумных рас. Конечная цель этой силы неизвестна, но политические враги Империи считают её своим союзником. Они организовали ряд мятежей и бунтов, которые в результате спровоцировали падение правящей династии и приход к власти военных лидеров. Новые обладатели Империи осознают угрозы и готовы к решительным действиям.

Для поисков галактического гнезда ґыргов новое имперское правительство и союзные ему Знающие (жрицы-хранительницы знаний гуманоидных рас с планеты Пифии) организуют экспедицию на отдаленные планеты Тёмного Агрегата в созвездии Ориона. Управлять исследователями назначили ксенобиолога Гвен Вэй и техноархеолога Александра Вольска. Оба догадываются, что этот выбор не случаен. Ведь именно они причастны к тайнам планеты Фаренго, где находится Лабиринт, построенный древней расой Ползучих Отцов.

Рептилоиды Ґормы, которые оперируют знаниями цивилизаций Первого цикла, обещали имперскому правительству способствовать выявлению гнезда. Одновременно начинаются поиски перспективных средств защиты от орды ґыргов, которая может уничтожить жизнь в Галактике.

С высоты восемьсот километров воронка северного полярного урагана казалась шляпой огромного старого гриба. Ураган бушевал на Сельве уже несколько веков. Его брат-близнец — такой же несмолкающий атмосферный вихрь — кружил над южным полюсом планеты. Штормовые ветры от полярных ураганов спускались до шестидесятых широт планеты, а караваны облаков, рожденные вихрями, иногда подходили к экватору. Они несли до тропиков холодные дожди, которые проливались над необозримыми болотами, окружающие озеро Кларт и питали влагой экваториальные джунгли, которым планета была обязана своим общепринятым названием. Первопроходцы назвали её Аль-Кран, пытаясь таким образом увековечить имя капитана, корабль которого первым достиг системы Ахернара. Однако и первоначальное название не прижилось. Теперь именем героя-звездолётчика назывались только самые высокие на Сельвии горы. За считанные минуты их хребты и вулканические кальдеры должны были появиться на обзорных экранах карантинной станции.

Ксенобиологу Зак-Заку это зрелище уже надоело. Семь стандартных лет назад, после окончания университета, он прибыл сюда для прохождения практики. Тогда панорама тридцатикилометровых каменных копий, окруженных перламутровыми воротами облаков, очаровывала и даже вдохновляла к писанию стихов. Он намеренно приходил к смотровому экрану и наблюдал за вершинами Аль-Кран с орбитальной высоты. Приближенные приборами, они снова и снова надвигались на него — величественные и опасные. Если бы тогда кто-то сказал Зак-Заку, что он будет наслаждаться этим зрелищем дольше нескольких месяцев, его сельвийская практика превратится сначала в постоянную работу, а затем в тупик его карьеры и, наконец, в проклятие, он, скорее всего, рассмеялся б.

Зак-Зак услышал за спиной шаги.

— Они выразили желание с тобой пообщаться, — в голосе Норты он почувствовал смесь интереса и легкой зависти. После лет совместного проживания в тесном пространстве станции он хорошо изучил здешних старожилов и научился распознавать составляющие их эмоциональных коктейлей.

— Ты уже видела? — он знал, что Норта так же чувствует его беспокойство, и не пытался его скрыть.

— Да, — женщина кончиками пальцев коснулась его плеча её лицо омрачилось.