Главный Претендент приговорен к величию (СИ)

Мой дедушка всегда говорил мне, что я особенный. Избранный.

В принципе, старик много чего говорил. Старческая деменция, помноженная на увлечение шизотерикой — это вам не шутки. Дед на полном серьёзе утверждал, что за неделю до моего появления на свет к нему являлись внеземные сущности — «визитёры», как он их называл — и строго наказывали беречь меня, якобы для блага всего человечества.

На самом деле я не просто не особенный — я совершенно средний. Наверняка у каждого из вас есть приятель, похожий на меня — ровные черты лица, не слишком красивый, не слишком некрасивый, запоминающихся или бросающихся в глаза деталей — ровно ноль. Среднее телосложение, средняя походка, средний голос.

И так всю жизнь. Самая средняя семья — вполне счастливая, но совершенно обычная. В школе получал средние оценки, не скатываясь ни к верхней, ни к нижней границе. После школы то же самое повторилось и в универе. Средние увлечение, средние привычки. Даже в шахматах я знаю только детский мат.

Даже имя мне досталось самое что ни на есть обычное. Такое, что даже называть его нет толку.

И знаете, что? Мне это всегда нравилось. Средние люди — самые счастливые. Таким, как я, не выпадет судьба президентов, которых подстреливает псих-одиночка, бизнесменов, терпящих крах и сходящих с ума от отчаяния, кинозвёзд, загибающихся от передоза на фоне звёздной болезни. По всем признакам, меня должна была ожидать средняя, достаточно счастливая жизнь.

…и как же, чёрт побери, наверное, смеялась сука-судьба от своей иронии, когда именно меня призвали на другую планету! Формулировка — «нас интересует самый средний представитель генофонда вашего расы». Бинго! Ты был не прав, дед — я не особенный, я самый средний из всех. Именно потому я и стал избранным.

Инопланетяне вообще сказали много интересного. Когда я, перепуганный и растерянный, вывалился из капсулы призыва в толпу других «средних», первая фраза, которую я осмыслил, была — «Вам выпала великая честь».

Вот так. Великая честь.

— Вы оказались в числе сотни призванных на Императорскую Битву, — голос, слегка непривычный для человеческого уха, но вполне различимый, раздавался откуда-то сверху, из динамиков. — Всепланетной Империи Галактея требуются ваши гены.

Один за другим мои товарищи по несчастью, как и я, задирали головы вверх, пытаясь вникнуть в смысл сказанного. Я предпочитал не думать, на каком языке говорил невидимый лектор — в конце концов, что я, фантастики не читал? — и сосредоточиться на его словах.

…выходила довольно забавная вещь. Оказывается, когда-то там, в незапамятные времена, гуманоидный ген — «Ветвь», как они это называли — был разнесён по множеству планет. Сегодня один из нас, потомков этой Ветви, должен стать декоративным Императором при правящей Императрице. Кажется, в галактике была мода на матриархат.

— Война с чужими Ветвями, — продолжал «лектор», — не стихает до сих пор, и Империи Галактея требуется лучший лидер. Для этого один из вас — тот, чей генофонд будет наиболее устойчив — будет отобран в мужья нынешней принцессе Империи…

Признаться, ещё до этих слов я начал оглядываться по сторонам. Вверху всё равно не было ничего интересного — ну, потолок и потолок, даже кусочек инопланетного неба не виден. Белоснежные стены и потолок, яркие лампы, пустые капсулы призыва позади — инопланетно, но не слишком интересно. А вот рядом… там было на что посмотреть.

Я медленно обводил взглядом своих сотоварищей. Да, все они были гуманоидами (более или менее) — что логично, если мы все дети одной Ветви. Находящиеся здесь различались так же, как различаются породы собак — порой до полной неузнаваемости… и всё же здесь не было ни одного тентаклевидного монстра, рептилоида или гигантского кома слизи. А ещё, если верить «лектору» — все они были такими же, как я. Самыми средними на своей планете.

Вот только что это за раса, если самый средний на ней выглядит… вот так? Я поглядел на краснокожего типа, мускулатуре которого позавидовал бы даже мистер Арнольд. Плотные надбровные дуги, выступающая вперёд челюсть… Боюсь представить предел его физической силы.

И он был тут такой не один. Какие-то из пришельцев были под три метра ростом, какие-то — наоборот, доставали мне до пояса. Пара-тройка не стояла на полу, а свободно парила в воздухе. Один был так похож на девушку, что я едва не засмотрелся на него — тонкий, совершенно женские черты лица, длинные серебряные волосы заплетены в тугую косу за спиной. На Земле такой взял бы все призы за лучший косплей прекрасного женоподобного эльфа.

— Однако возможность стать мужем правительницы Империи не даётся просто так, — уже на этих словах взгляды пришельцев менялись. Из испуганных и потерянных они становились… серьёзными. Злыми. Жадными. Азартно-горящими. Кажется, замуж за принцессу хотелось всем — даже тем, кто ещё час назад об этом не помышлял.