Главный день

Есть ли жизнь на других планетах, нет ли жизни на других планетах, наука точно сказать не может. Так же она не в состоянии что-либо вразумительно объяснить относительно существования параллельных миров. Наверное, из-за этого подавляющее большинство людей подобные темы считают фантастикой и совершенно не заморачиваются насчет зеленых человечков или каких-нибудь там автономных реальностей.[1] Вот и я всегда принадлежал к вполне обычным, среднестатистическим представителям homo sapiens, которые на сию лабуду плюют с высокой башни. Но летом прошлого года пришлось кардинально поменять свое мнение. А все потому, что существование параллельного мира испытал на собственной шкуре. Причем так испытал, что эта самая шкура до сих пор дымится…

Только, наверное, для начала представлюсь: зовут меня Сергей Васильевич Корнев. Одна тысяча девятьсот восемьдесят пятого года рождения. Не был, не состоял, не привлекался, хотя был буквально в шаге от принудительной поездки в места не столь отдаленные. А все потому, что не надо было старшему лейтенанту войск СпН Корневу показывать характер и щупать кулаком холеную морду старшего по званию. Ведь уставы подобные действия осуждают вплоть до… Да до чего хочешь! Например, в военное время могли бы и шлепнуть. Но у нас, слава богу, не война, поэтому в моем случае все обошлось малой кровью. Только вот с погонами пришлось расстаться.

Оказавшись на гражданке, навалилось чувство, будто жизнь потеряла смысл. Я ведь себя никем другим, кроме как офицером, и не представлял. Поэтому первое время после увольнения пребывал в полной прострации. Но потом потихоньку освоился, вышел на работу и даже стал находить прелесть в подобном бытие. А что — нормированный день, два выходных в неделю, отвечаешь только сам за себя, и никто не дает люлей за вечно залетных подчиненных. В общем — сплошная малина! Да еще и за границу можно съездить. Причем не на танке, а как белый человек — в командировку или в отпуск. Гражданскому лицу этого не понять, так как большинство из них просто не знает, что военнослужащие по собственной воле за бугор попасть не могут. Даже в посконную Турцию или Таиланд. Статья 24 закона РФ «О государственной тайне» не дремлет. А уж для служивших в спецчастях и имеющих соответственную форму допуска она работает так, словно мы с детства мечтаем продать буржуинам самый главный российский секрет. И что самое гадостное, эта статья некоторое время работает даже после увольнения, лишая человека маленьких радостей земного бытия.

Но рано или поздно все ограничения заканчиваются, и в прошлом году я стал обладателем «горящей» путевки в Израиль. Почему именно туда? Да потому что других настолько халявных туров просто не было, а испытать все прелести настоящего, а не российского сервиса очень хотелось. Вот с этой поездки все и началось…

Нет, сначала на еврейщине было просто замечательно: хорошие отели, купания в Мертвом море, тот самый вожделенный сервис да прогулки по местам боевой славы средневековых рыцарей. А закончилось все плохо, так как под конец вояжа я умудрился перейти дорогу одному арабу, послужив косвенной причиной гибели его ближайшего родственника. Причем с моей стороны всё получилось вовсе даже не нарочно, а совершенно случайно. Но долбаный потомок Али-Бабы и всех сорока разбойников осерчал настолько сильно, что прилюдно поклялся отрезать мне голову. Отметьте: ни пристрелить, ни посадить, а вот так сразу — секир башка и никаких разговоров! Мне, конечно, было известно, что Восток дело тонкое, и люди здесь гораздо больше говорят, чем делают, но угроза была ОЧЕНЬ убедительна. Настолько, что я как-то сразу в нее поверил и рванул из своего первого в жизни заграничного турне чуть ли не впереди самолета.

Только не надо говорить про трусость! Любой испугается, став кровником подобного хмыря. Еще бы, ведь Мухаммад-аль-Исрани оказался не последним человеком в одной ближневосточной организации, которая позиционировала себя «исламскими борцами за свободу». И именно из-за этого позиционирования вдобавок ко всем предыдущим переживаниям меня активно трясли сначала чуждые еврейские контрразведчики, а потом (по возвращении домой) и родное ФСБ. Причем вся ситуация была настолько мутная, что родная «безпека», в силу врожденной недоверчивости, тут же стала меня подозревать то ли в связях с международными террористами, то ли в работе на Моссад. Нет, по почкам не били и в «кровавую гэбню» не играли, так как гражданин Корнев во всей этой истории вообще-то считался потерпевшим. Но вот некоторые вопросы, задаваемые словно бы между прочим, заставляли очень сильно задуматься и давали понять, куда клонит следователь. Потом, правда, чекисты отцепились, только осадок, один черт — остался. Осадок и заведенное дело… В общем, приехав в Москву, я сто раз проклял свою тягу к дальним путешествиям и зарёкся выезжать дальше МКАД.