Гибель солнца

Дэниел вытянул руку так, что его пальцы коснулись клавиатуры, расположенной в рукаве скафандра. Он размышлял несколько секунд, переводя взгляд с металлической панели, закрывающей процессор, на видимую часть Земли, находящейся под ним на расстоянии 167000 километров.

— Как дела, Дэн?

Он поднял голову, услышав в наушниках голос Авраама Новона.

— Все в порядке. Но будет еще лучше, если я обнаружу неисправность.

Он видел Новона в ослепительно-белом скафандре со сверкающими ярко-зелеными идентификационными метками, управляющего манипулятором средних размеров. Дэн мог различить похожий на гаубицу корпус 150-сантиметрового телескопа, зажатый в захватках манипулятора.

— Твои астрономы никак не успокоятся, — поддел Дэн Новона. — Все работы по радиоастрономии за последние пятьдесят лет отправлены на свалку, а здесь вы опять возитесь с оптическими приборами. Что следующее — гороскопы?

— Не твое дело, умник, — парировал Новон. — Ты сначала исправь этот ящик с проводами и микросхемами, а затем мы поговорим.

Новон вернулся к работе, осторожно устанавливая массивный корпус на специальную консоль.

Забывшись, Дэн попытался вытереть лоб тыльной стороной ладони. Он вспомнил о скафандре, но вместо этого коснулся лбом специальной прокладки шлема. Система рециркуляции воздуха вместе с датчиками постоянно поддерживала комфортный уровень влажности и температуры внутри скафандра. Дэн не должен был потеть. Во всяком случае здесь — в невесомости, в точке, где уравновешивались силы притяжения Луны и Земли, — пот не должен стекать со лба и жечь глаза. И тем не менее это происходило.

Дэн вновь сосредоточился на работе. Он ввел с клавиатуры, расположенной внутри толстого запястья скафандра, команды управления инструментом.

Мягко зажужжали сервомоторы, втягивая электростетоскоп, которым работал Дэн. Вместо него выдвинулся восьмигранный гаечный ключ.

Дэн кивнул, прижал ключ к ближайшей гайке крепления панели и повернул рукоятку.

Ключ сомкнулся вокруг гайки и начал медленно поворачиваться.

Когда последняя гайка была отвернута, Дэн откинул крышку сервисной панели процессора. Он опять взглянул в сторону — его внимание привлекла проплывающая под ним планета. Он мог видеть свою родную Калифорнию, неясно вырисовывающиеся, неровные, похожие на черепицу горы Сьерры, спускающиеся к побережью через коричневые осенние поля, а также прибрежные туманы и облака, закрывающие восточную часть Тихого океана.

Он мог определить время по границе дня и ночи, передвигающейся по Североамериканскому континенту. Роберт и Элизабет, наверное, уже проснулись, Мари-Элейн поднимает их, переодевает и отправляет играть в манеж.

Вероятно, мать Дэниела, Дженис, сейчас переехала к Мари-Элейн, пока Дэн выполняет свою работу на полпути к Луне. Он знал, что его мать обожает Мари-Элейн и близнецов, и ей вовсе не трудно быть с ними во время его отсутствия. Он был доволен, что Мари-Элейн всегда может получить помощь и поддержку.

Солнце за плечом Дэна представляло собой яркий белый диск.

Он нажал клавишу запуска теста дисплея на модуле процессора и хмыкнул, глядя на появившиеся ряды цифр изумрудного цвета. Он набрал команду на клавиатуре в запястье скафандра и смотрел, как втягивается гаечный ключ, а вместо него с жужжанием появляется похожий на руку манипулятор. Дэн коснулся пальцами пульта управления руки-манипулятора и улыбнулся, представляя себе возможности устройства. Он сам разработал его систему управления.

— Ты занят, Авраам? — спросил он.

— А что, умник?

— Слушай, просто ради смеха, продиктуй этому ящику какую-нибудь фразу для перевода.

— Что-нибудь из редких языков? С иврита на сиу?

— Нет, для начала что-нибудь попроще.

— Ладно, — Новон помолчал, собираясь с мыслями. — Ладно, с английского на эсперанто: «Сколько, километров до Венеры, Джек?». Это подойдет, Дэн?

— Отлично.

— Скажешь, что получилось.

Дэниел опять посмотрел на Новона, позади которого огромный кран, удерживая себя на месте при помощи струй сжатого воздуха, устанавливал огромные панели обшивки, подготавливая их для сварки.

Прикосновение к одной из клавиш включило клавиатуру процессора. Буквы засветились красным цветом, цифры — желтым. Дэн включил дисплей и проверил работу принтера. Он напечатал продиктованную Новоном фразу, контролируя на дисплее правильность ввода, затем ввел инструкцию «перевести», набрал коды английского и эсперанто, инструкцию «прочитать» и команду «выполнить».

Машина не издала ни звука. Дэн не так представлял себе это, вспоминая щелчки и жужжание космического вычислительного центра, который он видел по телевизору лет пятнадцать-двадцать назад в доме своих родителей на Стейнер-стрит в Сан-Франциско или в кинотеатре в Нортпойнте.

На дисплее появился ничего не обозначающий набор красных и желтых цифр.

Дэн остановил выполнение команды, стер данные из памяти процессора и запустил процедуру с самого начала, тщательно контролируя каждый шаг и проговаривая вслух команды.