Герои космодесанта

Сорок первое тысячелетие. Уже более ста веков Император недвижим на Золотом Троне Терры. Он — Повелитель Человечества и властелин мириадов планет, завоеванных могуществом Его неисчислимых армий. Он — полутруп, неуловимую искру жизни в котором поддерживают древние технологии, ради чего ежедневно приносится в жертву тысяча душ. И поэтому Владыка Империума никогда не умирает по-настоящему.

Даже в своем нынешнем состоянии Император продолжает миссию, для которой появился на свет. Могучие боевые флоты пересекают кишащий демонами варп, единственный путь между далекими звездами, и путь этот освещен Астрономиконом, зримым проявлением духовной воли Императора. Огромные армии сражаются во имя Его на бесчисленных мирах. Величайшие среди его солдат — Адептус Астартес, космические десантники, генетически улучшенные супервоины.

У них много товарищей по оружию: Имперская Гвардия и бесчисленные Силы Планетарной Обороны, вечно бдительная Инквизиция и техножрецы Адептус Механикус. Но, несмотря на все старания, их сил едва хватает, чтобы сдерживать извечную угрозу со стороны ксеносов, еретиков, мутантов и других, более опасных врагов.

Быть человеком в такое время — значит быть одним из миллиардов. Это значит жить при самом жестоком и кровавом режиме, который только можно представить.

Забудьте о достижениях науки и технологии, ибо многое забыто и никогда не будет открыто заново.

Забудьте о перспективах, обещанных прогрессом, о взаимопонимании, ибо во мраке будущего есть только война. Нет мира среди звезд, лишь вечная бойня и кровопролитие да смех жаждущих богов.

Прокатившись по полу, голова остановилась, и остекленевшие глаза мертво уставились на посетителей бара: один быстрый удар ребром ладони, смертоносный, как клинок, — и голова воина слетела с плеч, прежде чем он успел прорычать до конца свой вызов.

Однако тело продолжало стоять: убийца сжимал край заляпанного алым нагрудника в сером мосластом кулаке. Под головой скопилась лужа крови. Кровь била и из обрубка шеи. Неожиданно ноги трупа задергались, словно он все еще пытался ускользнуть от судьбы. Отпустив нагрудник, убийца отвернулся, и тело с грохотом обрушилось на покрытый слоем золы и пыли пол.

Убедившись, что больше ничего интересного не будет, завсегдатаи бара вернулись к своей выпивке и козням — ибо в подобных местах собирались лишь те, кто вынашивал планы мести, убийства, грабежа и насилия.

Хонсю из Железных Воинов не был исключением. Кровавая демонстрация, только что устроенная его чемпионом, ознаменовала первую ступень грандиозного замысла.

Воздух в зале сгустился от вони горелого масла и интриг. Клубы дыма возносились к тяжелым стропилам, которые, судя по их виду, некогда были частью космического корабля. Неровные кирпичные стены поддерживали крышу из гофрированного железа. Сквозь щели и пулевые отверстия пробивались острые и резкие, как ослепительно-белое небо Медренгарда, световые лучи.

Убийца слизнул с ладони кровь. Хонсю ухмыльнулся: он успел изучить это существо достаточно хорошо, чтобы заметить в блеклых глазах и напряженной позе желание продолжить бойню. Оно называло себя Новорожденным и носило потрепанную броню тускло-серого цвета. Его наплечники окаймляли желтые и черные полосы, а на широкие плечи наброшена была мантия цвета охры из грубой ткани. Существо походило на Железного Воина во всем, кроме одного: лицо ему заменяла кожаная маска, в точности повторявшая черты человека, которого Хонсю собирался однажды убить. Сшитое из кожи умерщвленных пленников, лицо Новорожденного было ликом полуночного убийцы, ужаса, крадущегося во мраке и омрачающего сны боязливых.

Существо обернулось к Хонсю, и тот при взгляде на валявшийся на полу труп почувствовал отзвук восхитительного возбуждения.

— Отличная работа, — осклабился Хонсю. — Бедный ублюдок даже не успел договорить свое оскорбление.

Пожав плечами, Новорожденный уселся за стол напротив него:

— Он был никем. Просто воин-невольник.

— Верно, но кровь из него хлестала не хуже, чем из любого другого.

— Как бы после этого убийства ты не стал «любым другим» для его хозяина, — откликнулся Новорожденный.

— Хорошо, что ублюдок сдох сейчас, а не после того, как мы его завербовали и он подвел нас в бою, — прокричал Кадарас Грендель с другого конца стола, опрокинув в себя кружку ядовитого пойла. — Если в ближайшие дни нам предстоит серьезная драка, не хочу, чтобы под ногами путалась всякая шваль.