Газета День Литературы # 54 (2001 3)

Мне кажется, время смуты заканчивается, анархичность, безответственность и нигилизм надоели абсолютно всем. Народ тянется к своим базовым ценностям — религиозным, нравственным, этическим и эстетическим. Но за последнее десятилетие так много разрушено, что впору начинать с нуля. Увы, это какая-то наша зловещая традиция — сначала рушить до основания, а затем... отстраивать с муками и огромными жертвами. Легко свалить все на Сталина и остаться чистенькими, будто это не наша интеллигенция вносила смуту в души людей все предреволюционное десятилетие, готовя тотальный взрыв русской государственности. И возможен ли был какой-то иной после революционного лихолетья способ возродить государственность, кто бы ни оказался у власти — Сталин, Киров, Фрунзе или еще кто-нибудь? Вот так же и наше время, наша смута вновь готовилась практически всей отечественной интеллигенцией, все виновны в содеянном, и как вновь выбираться? Какие жестокие скрепы преподнесет нам новое время?

В литературе смута заканчивается стремлением вновь вернуться к подлинной иерархии таланта, утраченной за эти годы разрушения как в демократической, так и в патриотической среде. Посмотрите, с каким усердием выводят за скобки любые оценочные установки молодые критики в либеральных и глянцевых журналах. Пишут, черти, хорошо, все эти Львы Пироговы, Ильи Кукулины или Дмитрии Ольшанские, разбирают приемы письма, выделяют особенности, но чем отличаются Доценко от Искандера, Пелевин от Маканина, Маринина от Петрушевской и кто из них чего стоит по уровню своего таланта, никогда не скажут. Критика превратилась в бюро рекламных услуг, а критики — в хорошо оплачиваемых рекламных агентов по продаже того или иного товара. И уже делятся не на правых и левых, не на авангардистов и традиционалистов, а на рекламных агентов "Терры" или "Вагриуса". Не случайно исчезли как жанр проблемные критические статьи, исчезла полемика, в которой хочешь не хочешь, а каждый из оппонентов выставлял свои оценки литературному процессу. И вот Борис Акунин получает одну из высших премий по прозе, Дмитрий Пригов — по поэзии. И та же вечно сердитая Мария Ремизова побоится оспорить в своих статьях результаты прозаического Антибукера. Это ей не Проханова с Личутиным ругать, сразу укажут место...

Впрочем, иерархию таланта даже отрицают, не стесняясь, и поэт Бунимович, и прозаик Кабаков, и критик Наталья Иванова. Мол, все относительно, все — игра, хотите — читайте и цените Могутина, хотите — Семена Бабаевского, хотите — Гандлевского. У каждого — свой кружок, у каждого — свои читатели. А новый главный редактор "Книжного обозрения" Гаврилов договорился до того, что таланты губят литературу, что классики своим весом давят разнообразие литературы. В представлении этих новых рекламных агентов каждый имеет право на самовыражение: найди спонсора, издателя, деньги на рекламу, а мы уж покажем, чем ты интересен, докажем, что ты имеешь право на свою книжную полку. А дальше уже агресивно давят на дурака-читателя, прославляя "новые одежды короля". Любую безграмотность оправдают, любую скучность, любую графоманию. Когда даже в шорт-лист Антибукера не вошли личутинский "Раскол" и книга стихов Юрия Кузнецова, становится ясно, что с понятиями таланта у жюри не все благополучно. Чужие им не нужны.

Не лучше дела обстоят и по нашу сторону литературно-политических баррикад. Оказывается, вообще баррикадность способствует графомании и воинствующей бездарности. Всегда можно сослаться на происки врагов. Эти баррикады все более умножаются, и уже есть баррикады Владимира Бушина, очень напоминающие рапповские догмы, отрицающие все, что не ярко-красного цвета, в том числе и Валентина Распутина, и журнал "Наш современник"; есть баррикады Игоря Шафаревича, не приемлющего остаточный советизм былых лидеров соцреализма и радикализм молодых литературных бунтарей. Есть уже баррикады "Литературной России" и баррикады московской писательской организации, баррикады патриотических писателей из Хамовников и таких же писателей с Поварской. У каждого центра свой актив, свои лидеры, тут уж не до иерархии таланта. В результате формируются какие-нибудь делегации, отбираются группы для поездок по России, выдвигаются кандидаты на премии, и критерием отбора является что угодно, только не творческий дар.