Газета День Литературы # 162 (2010 2)

В последние два десятилетия стало распространённым явлением походя и не походя "пинать" отечественную классику, обвиняя её в самых разных "грехах": и в несправедливой критике целых сословий, и в разрушении нравственности, и в том, что "за бортом" произведений остались подлинные герои и события, определившие державный ход русской жизни, и во многом другом.

Конечно, эти беспочвенные упрёки не новы: нечто подобное в адрес отдельных писателей и литературы ХIХ века в целом говорили в разное время Н.Полевой, Н.Огарёв, К.Леонтьев, В.Розанов, Н.Бердяев, И.Солоневич, В.Шаламов… И если сегодня критика классики "левыми" воспринимается как понятная неизбежность, то критика "правыми" – как опасная тенденция. Думаю, что "иски" к классике "справа" и "слева" требуют ответной реакции, соответствующих комментариев. Остановимся на характерных публикациях преимущественно 2009 года.

Сергей Семанов в содержательной и интересной статье "Быть русским достойно есть" ( pravaja.ru//content/817/ ) об отечественной истории ХХ века кратко характеризует и литературу ХIХ-ХХ веков. Семановскую проверку на служение русскому народу выдерживают лишь Пушкин, Гоголь, Шолохов. Общий же вывод Сергея Николаевича таков: "…Великая русская литературная классика явно недостаточно укрепляла национальное самосознание своего народа".

Вызывает удивление, что в "чёрный список" автора статьи попали Тургенев, Островский, Достоевский, Толстой. О последнем, например, говорится следующее: "Лев Толстой в "Войне и мире" боевого капитана Тушина вывел каким-то слабаком, боящимся всякого начальства, а Кутузов, победитель Наполеона, совсем не похож на себя "подлинного"".

Как известно, в "Войне и мире" около 500 персонажей, и уже поэтому непродуктивно делать вывод о романе на основании сверхповерхностных и в высшей степени сомнительных характеристик двух образов. К тому же человеческие качества, которые Семанов особо ценит в героях Пушкина и Гоголя ("они были не только русскими и православными, но и подлинно героическими, исполненными высшего, им предназначенного свыше долга"), в не меньшей степени присущи многим действующим лицам "Войны и мира". Вот только некоторые из них – Марья Болконская (один из самых восхитительных и женственных образов всей русской литературы), Наташа Ростова, Андрей Болконский, Петя Ростов, старый князь Болконский, Тимохин, Багратион, Тушин, Кутузов и, конечно, русский народ – победитель Наполеона и его разноплемённого интернационального войска.

Сергею же Семанову, утверждающему, что Кутузов, герой романа, не похож на Кутузова реального, могу сказать следующее. Кутузов из "Войны и мира", несомненно, похож на своего прототипа в главном, что точно определил ещё Николай Страхов. Он в статье ""Война и мир". Сочинение графа Л.Н. Толстого" писал: "Полководцы бывают сильны тогда, когда они управляют не одними передвижениями и действиями солдат, а умеют управлять их духом. Для этого полководцам самим необходимо стоять духом выше всего своего войска, выше всяких случайностей и несчастий – словом, иметь силу нести на себе всю судьбу армии и, если нужно, всю судьбу государства. Таков, например, дряхлый Кутузов во время Бородинского сражения. Его вера в силу русского войска и русского народа, очевидно, выше и твёрже веры каждого воина; Кутузов как бы сосредоточивает в одном себе всё их воодушевление"; "Кутузов является нам как будто связанным какими-то невидимыми нитями с сердцем каждого солдата".

Сказанное и во много раз больше несказанное не позволяет согласиться с Сергеем Семановым. Конечно же, "Война и мир" с её высочайшей концентрацией народного духа (воинского и семейного прежде всего) укрепляет национальное сознание и делает человека личностью духовной как немногие произведения отечественной литературы.

Показательно, что и Вадим Кожинов, о котором Семанов отзывается высоко в названной статье, в работе "Трижды великая. К столетию "Войны и мира"" ( Кожинов В. Размышления о русской литературе. – М., 1991) справедливо утверждал, что именно Лев Толстой в своём романе "глубже, чем кто-либо" раскрывает секрет "русского чуда", определившего победу в отечественных войнах ХIХ и ХХ веков.

Не менее уязвим Семанов в своих характеристиках творчества Тургенева, Островского, Достоевского, которые я комментировать не буду из-за дефицита печатных площадей. Самое же ужасное, по утверждению Сергея Николаевича, началось с Горького и Маяковского…