Гард

– Что ты делаешь?

– Сплю.

– Нет.

– Что «нет»?

– Ты не спишь.

– Почему?

– Тебе лучше знать.

– Я не знаю.

– Знаешь.

– Да?

– Да.

– А откуда ты знаешь, что я знаю?

– Потому что мы уже говорили об этом.

– Разве? Не помню.

– Помнишь.

– Нет.

– Попробуй вспомнить.

– Не могу.

– Значит, я зря пришёл.

– Куда?

– К тебе.

– А зачем ты здесь?

– Не знаю. Я хотел узнать у тебя.

– Почему?

– Потому что ты меня позвал.

– Я тебя позвал?

– Да.

– Когда?

– Давно.

– Я не помню…

– У тебя было много дел, поэтому ты забыл.

– Может быть.

Наступило молчание. Он раздумывал. Постойте, а где он? Кажется, он лежит на чём-то мягком, глаза закрыты, но сквозь веки пробивается мягкий свет. Так было всегда? Наверное. Но это сейчас не важно. Зачем он здесь? И кто с ним разговаривает? Голос убеждает, что пришёл сюда по его зову. Но он не помнит, что звал кого-то.

Наконец, он открыл глаза. Несколько секунд он видел размытые контуры и яркие пятна, но глаза постепенно привыкли к свету, окружающая действительность приобрела свой обычный вид. Круглая комната с панорамным окном. За гладкими стеклянными панелями солнечный свет заливает верхушки деревьев и дома. В комнате прохладно и абсолютно тихо. А вот и дверь. Она закрыта. Но он чувствует, что с той стороны кто-то есть.

– Ты здесь? – язык прилип к нёбу и еле поворачивается, слова выходят с трудом, будто он молчал целую вечность.

– Да. – раздался приятный баритон за дверью. – Ты уже встал?

– Кажется… Я только проснулся, но ещё не встал.

– Я подожду.

– Чего?

– Пока ты встанешь, впустишь меня и объяснишь, зачем позвал.

– Но…Ах, да. – вспомнил он недавний разговор. – Но я не помню, зачем позвал тебя.

– Давай подумаем об этом вместе.

– Наверное, это будет правильно. А вдруг?..

– Что?

– Вдруг ты обманываешь меня.

– Я?

– Да.

– Нет.

– Не обманываешь?

– Не обманываю. Ты позвал – я пришёл.

Голос за дверью крепок и спокоен, но с ним что-то не то. В этом теплом баритоне будто не хватает жизни. И от него веет угрозой.

– Гард? – снова раздался голос за дверью.

– Гард?

– Это ты. Ты действительно всё забыл.

Точно, его зовут Гард! И он… Он здесь что-то делает. А где это «здесь»?

Гард встал, но чуть не упал. Ноги ватные, колени едва сгибаются. Гард сделал несколько шагов, и с каждым шагом ноги будто крепли, тело обретало устойчивость. А после короткой разминки и руки пришли в порядок. Гард обошёл комнату, выглянул в окно – это башня! Высокая, круглая, на самом верху комната с панорамным окном и маленькой дверью, за которой сейчас кто-то есть. За стеклом голубое небо, яркий солнечный свет и Город, простирающийся за горизонт.

Город.

И башня.

Здесь что-то не то.

Гард задумался, потёр пальцами лоб, снова закрыл глаза. Но не смог ничего вспомнить.

– Гард, ты встал? – снова мягко, но настойчиво спросил голос за дверью.

– Да.

– Зачем ты звал меня?

– Не знаю.

– Открой дверь, и мы всё выясним.

Гард посмотрел на дверь и замер в нерешительности. Деревянная дверь с простой металлической ручкой-скобой. Ни замка, ни задвижки, ни простейшего крючка. Гард очень удивился.

– Дверь открыта. – произнёс он.

– Да. – всё с той же невозмутимостью ответил голос. – Но я не могу войти.

– Почему?

– Потому что… – кажется, впервые голос запнулся, не зная, что ответить. – Потому что ты должен впустить меня. Ведь ты звал меня и хочешь что-то сказать.

Гард ничего не ответил. Он стоит и смотрит на дверь, на эту потертую стальную ручку, плохо прикрученную шурупами, на обшарпанную и заляпанную пальцами кромку, на сеть царапин и неглубоких трещин. Дверь стоит здесь давно, сделана кое-как, навешана кривовато. Но почему-то тот, кто стоит за ней, не может войти. Это очень странно.

Наконец, Гард решился. Он неуверенно подошёл к двери, потянулся к ручке. Кажется, хозяин голоса понял, что происходит, и, боясь спугнуть Гарда, молча ждёт. Но рука замерла в сантиметре от ручки. Гард медлил. Что-то удерживало его от последнего шага.

И вдруг он вспомнил. Резко одёрнул руку, попятился от двери. Сердце сильно забилось, дыхание стало прерывистым, на лбу выступил пот.

– Нет. – сухо, изменившимся голосом произнёс Гард.

– Что «нет»? – спросил голос.

– Я не открою.

– Ты вспомнил? – голос за дверью тоже едва заметно изменился. В нём будто появились насмешливые и высокомерные нотки.

– Я и не забывал.

– Не лги. На минуту ты забыл. И почти оступился.

– Уходи. – громко сказал Гард. – В Город хода нет!

– Я уйду. Но приду снова. – голос секунду помолчал. – До встречи, Гард.

– Прощай!

Наступила тишина. За дверью больше никого нет, угроза исчезла. Гард без опаски подошёл к двери, потянул за ручку. Дверь кротко скрипнула и без усилий открылась. В проёме серый туман, ледяной и обволакивающий, поглощающий свет и звук, безжизненный. Он начинается прямо за порогом, струится и клубится, но не проникает внутрь башни. Потому что по порогу пролегает граница, за которой туману делать нечего. Впрочем, как и человеку нечего делать в тумане.