Гаммельнская чума (авторский сборник)

Пронизывающий ледяной ветер гулял по космопорту, вздымая тучи пыли и грязного снега. Стоя у окна своего кабинета на последнем этаже административного здания Порт–Форлона, коммодор Граймс задумчиво обозревал свое маленькое царство.

Там, внизу, одиноко возвышался на своей стартовой платформе “Дальний поиск” — некогда транспорт эпсилон–класса, а теперь вооруженный разведчик Флота Конфедерации Миров Приграничья. Вокруг него, точно муравьи, копошились рабочие. Сейчас, во время затишья, “Дальний поиск” был единственным кораблем, чей вид нарушал унылую пустоту посадочной площадки.

Это ненадолго. Скоро жизнь снова войдет в привычное русло. Снова будут приземляться и взлетать корабли — из Приграничья, из Федерации, корабли людей и нелюдей, корабли с ближних и далеких миров… Привычная суета, привычные заботы.

Граймс подошел к оптике на крутящейся подставке, навел объектив на “Дальний поиск” и подстроил резкость. Похоже, непогода никак не влияет на ход ремонтных работ. Носовую часть корабля то и дело озаряли вспышки электросварки: там устанавливали новый масс–индикатор. Прежний, по личному распоряжению Граймса, был перенесен на “Аутсайдер” капитана Калвера. И где теперь Калвер? Перестроив по собственным чертежам навигационную систему и Движитель Манншенна, он умчался неизвестно куда — и исчез. И сейчас он, наверно, несется в неведомые глубины Вселенной, сквозь темные измерения…

“А я остаюсь здесь”, — мрачно подумал Граймс. Сколько лет прошло с тех пор, как он исследовал на своем “Дальнем поиске” никому тогда не известные планеты Восточного Круга? С тех пор, как он обнаружил антимиры на Западе Галактики?[1] Ему твердят, что незаменим на административной работе — хороший предлог для того, чтобы держать его здесь как на привязи. Правильно, носиться по Галактике — это для молодежи, вроде Калвера или Листауэла. А его дело — просиживать штаны в кабинете и подписывать бумаги…

— Коммодор Граймс!

Пронзительный женский голос прервал размышления коммодора. Голос принадлежал его секретарше.

— Да, мисс Уиллоуби… Что случилось?

— Сообщение от Аэрокосмического Управления. “Звездный странник” только что получил разрешение на посадку.

— “Звездный странник”… Если не ошибаюсь, наша ненаглядная Космическая полиция?

— Вы хотели сказать, Федеральная Исследовательская и Контрольная Служба, — сухо поправила она.

Граймс улыбнулся, обнажив белые ровные зубы, и выражение его грубоватого, изрезанного морщинами лица стало мягче.

— Ладно, пойду вымою шею и надену чистые носки.

— Но у вас всегда все чистое… — растерянно проговорила девушка. — И носки тоже…

— Не обращайте внимания, это просто фигура речи, — успокоил ее Граймс. Пожалуй, она склонна понимать все слишком буквально.

— Расчетное время посадки… В общем, через пятнадцать минут, — сообщила мисс Уиллоуби.

— Ох, уж эти федералы, — проворчал он. — Времени тратят что на взлет, что на посадку, тормозят так, что баки высыхают… И голова не болит, благо топливо — за счет налогоплательщиков.

— Но вы же сами служили в ФИКС, не так ли?

— В прошлой жизни. Я считаю себя гражданином Конфедерации… Приграничником, если угодно. Хоть и говорят, что такие, как я, бродягами не становятся, — он снова улыбнулся. — В конце концов, твой дом там, где твое сердце…

А в самом деле: где его сердце?

“Звездный странник” опускался с шумом и блеском — как и подобает федеральному кораблю. Еще до того, как ослепительно сверкающая звезда появилась на сером небе, из‑за облаков донесся грохот — казалось, подвыпивший барабанщик исполняет на гигантском тамтаме замысловатое остинато[2]. Когда же корабль провалился сквозь ватную пелену, в здании задребезжали стекла и металлические фермы.

Длинный язык раскаленных газов коснулся застывших луж и редких сугробов, и “Звездный странник” на миг исчез в густом облаке пара. Ветер швырнул в окна водяной пылью. Сквозь россыпь мелких брызг Граймс наблюдал, как по космодрому к застывшему на трех опорах блестящему веретену несутся машины обслуживания, похожие на божьих коровок.

— Надеюсь, дома его встречают не хуже, — фыркнул Граймс, вспоминая годы своей службы в… Федеральной Исследовательской и Контрольной Службе.

Туман вокруг “Звездного странника” понемногу рассеивался. Некоторое время ничего не происходило. Начинало смеркаться. Потом машины одна за другой поползли прочь от корабля, и в сумерках на гладком заостренном носу корабля ярко вспыхнул красный огонек.

— Сейчас он взлетит, — сказала мисс Уиллоуби.

— Да, вижу, вижу, — пробормотал Граймс и добавил громче: — Должно быть, к нам пожаловала какая‑то важная персона. Мне следовало подняться на борт. Как только он взлетит, передайте дежурному капитану порта, что мне хотелось бы его видеть. И как можно скорее.

Под дюзами “Странника” вскипело голубое пламя, и через мгновение корабль уже исчез за облаками, словно снаряд, выпущенный из невидимой пушки.