Галера чёрного мага

До Разделения…

Эта фраза появлялась уже несколько раз в моих сагах о Митгаре.

До Разделения.

Она должна ассоциироваться с другой присказкой: жил—был когда—то.

Дело в том, что если старые сказки не лгут, то жили—были когда—то на нашей планете не только люди, но и персонажи из мифов и легенд.

Бок о бок с человеком соседствовали эти фантастические существа — феи, эльфы, домовые, гномы, сфинксы… и множество других.

Жили—были когда—то… до Разделения.

Но если персонажи их мифов и легенд куда—то ушли, то, должно быть, имело место Разделение. Я, разумеется, не думаю, что мы их всех поубивали — они чрезвычайно хитры и владеют магией, — поэтому, вероятнее всего, они просто ушли.

Но если ушли, то — куда?

В другие места! В сумерки! В утреннюю зарю! В другие миры!

Но почему? Почему они ушли?

У меня есть теория.

Где—то на пути своего развития заносчивое человечество потребовало весь мир в свое распоряжение. Аппетит человека был ненасытен и множился без предела. Где бы человек ни появлялся, он грабил землю, отравлял почву, воздух и воду. Постепенно сказочные персонажи оттеснялись на другие территории. Но они всегда надеялись, что человек исправится, поймет, что он делает и что уже натворил, прекратит разрушения и начнет с уважением относиться к земле. Но этого не происходило, человек продолжал свои гнусные деяния.

И вот настал день, когда терпению сказочных персонажей пришел конец. И тогда они собрались и ушли, отделившись от хищника—разрушителя, именуемого человеком. Они ушли в другие места, прочь от этого мира, ушли туда, где человека нет.

Так произошло Разделение.

Возможно, однажды, если человечество одумается и начнет восстанавливать опустошенные пространства, приводить в порядок леса, очищать воздух, заботиться о реках и озерах, сказочные персонажи вернутся к нам.

Очень бы хотелось надеяться, потому что без них наш мир представляет собой унылую картину.

До Разделения.

Слова, заставляющие вас плакать.

Сны порой всего лишь причудливые изображения в постоянно меняющемся царстве грез.

ЗИМА, 1Е9572/73

Небо было по—зимнему ясным. Фаррикс стоял на вершине холма по колено в снегу и наблюдал северное сияние. Вертикальные полосы, словно гигантские занавесы, изгибались, перекрывая друг друга, и сверкали всеми цветами радуги от малинового и розовато—желтого до изумрудно—зеленого и нежно—фиолетового.

И вдруг…

— Джиннарин, ты видела?

— Что видела?

Фаррикс повернулся к стоящей чуть в стороне подруге:

— Как что—то вдруг вспыхнуло и наружу вырвался светящийся поток… — Фаррикс показал на восток. — Я уверен, что мне не пригрезилось.

Джиннарин покачала головой:

— Нет, я не видела.

— Хм, странно…

— Чему ты удивляешься?

— Хотел бы я знать, не замышляют ли маги чего—либо недоброго. Я наблюдаю северное сияние всю свою жизнь и еще ни разу…

— Фааррикс, ты всегда считаешь, что маги замышляют что—то недоброе.

— И все—таки, Джиннарин…

— Милый, — перебила его спутница, — не пора ли домой?

— Посмотри! Вырвалась еще одна струя! — воскликнул Фаррикс. — И в том же направлении, что и первая.

Джиннарин повернулась и долго пристально вглядывалась в ночное небо… но тщетно — никаких странных вспышек или потоков, вырывающихся из мерцающей пелены призрачного света, она не видела.

Фаррикс, также безуспешно, не отрываясь всматривался в небо сквозь ветви заиндевелых деревьев в надежде заметить очередную вспышку.