Фонари

Рыжая осень грустью повеяла,

В жизни моей всё изменив снова,

Рыжая осень, что ж ты затеяла,

Вальсом листвы в красках своих новых.

Рыжая осень, рыжая бестия,

Только всчера рядом цвело лето,

Гроздья рябины, словно предвестие,

Лето ушло и далеко где-то.

Рыжая осень, осень-проказница,

Просто опять стало другим небо,

Утром зарницы в речке румянятся,

А из домов запах плывёт хлеба.

Рыжая осень снова печалится,

Капли дождя дробью стучат в лужах,

Жёлтые листья словно прощаются,

Падая вниз, чтобы пропасть в стужах.

Только я знаю — жизнь не кончается,

Если земля листья согреть сможет.

Рыжая осень, так уж случается,

Что и любовь может грустить тоже.

Усы седые годы теребят,

Жизнь оказалась не такой уж длинной,

Я вижу отражение себя,

В глазах, что рядом щурятся наивно.

Сейчас мы стали толще и лысей,

Но нет важнее этой дружбы вечной,

Ведь главное, что преданность друзей

Нельзя купить и выдумать, конечно.

Не зная слов «хочу» и «не хочу»,

Быть с ними вместе и легко, и просто,

Они всегда идут плечом к плечу,

И остаются рядом до погоста.

С друзьями можно в самый трудный бой,

Под жернова судьбы себя бросая,

Не сомневаясь, что из них любой

Пожертвует собой, тебя спасая.

Хочу, чтоб каждый был теплом согрет,

Чтоб полной чашей счастье было в доме.

… Из детских лет хранится наш портрет

На бледном фото в стареньком альбоме.

Кончался день, скучая на исходе,

Какой мороз, тепла бы на часок!

Я шёл домой, и рядом, в переходе

Услышал скрипки тонкий голосок.

Сбегая спешно по ступенькам белым,

Я слышал, как стихали голоса….

Нет, не играла — скрипка просто пела,

И музыка взлетала в небеса.

Играл мальчишка. Может, лет двенадцать…

Пустой футляр, приставленный к стене,

Он не привык и продолжал стесняться,

Стараясь быть с собой наедине.

Я понимал, что мысли о доходе

Отброшены спокойно и легко,

Ведь он играл сейчас не в переходе,

А видно где-то очень далеко.

Мелодия, рождаясь, исчезала,

Сливались ноты в разных голосах,

Кричали «браво» из большого зала,

И он смущённо опускал глаза.

Вот так и в жизни — есть всегда начало,

Судьба судьбой, мы не подвластны ей.

… Я шёл домой, а скрипка всё звучала,

И растворялась в музыке своей.

Я хочу в этот мир из навязчивых снов,

И всё чаще порой вспоминаю о боге,

Снова вижу туман, что среди зыбунов

Осторожно плывёт и ложится под ноги.

Там шумят камыши, и клюют пескари,

А на крышах тесовых колышутся зори,

И о вечной любви без конца говорит

Чья-то надпись мелком на зелёном заборе.

В этом мире моём запах свежих блинов,

А в окошках домов отражается лето.

Я вернуться хочу из навязчивых снов

На единственный миг без входного билета.

В нём, как годы назад так же речка молчит,

Одиноко ветла на пригорке векует,

А в далёком лесу серый дятел стучит,

И как будто из детства кукушка кукует.

Банька в тёсанный накат,

Ветерок ребячится,

И малиновый закат

За лугами прячется.

Над макушками берёз

Птицы беспокоятся,

Да колышется покос

Прямо за околицей.

Где-то брешет старый пёс,

Видно, не здоровится,

А на речке дальний плёс

Тихо спать готовится.

На полянах среди пней

Вечер бродит в ельнике,

Бабочки среди теней

Дремлют в можжевельнике.

Бесконечный треск цикад

Над равниной Русскою,

Банька в тёсанный накат,

Да тропинка узкая.

И уводит колея

В даль необозримую.

Вот такой увидел я

Родину любимую.

Качая в такт рябиновые кисти,

С теплом прощаться лето не спешит,

Ещё на ветках зеленеют листья,

И шепчутся уныло камыши.

А в переулках август осмелевший,

Сдувает ветром пыльные следы,

Из-под завалов речки обмелевшей

Доносится журчание воды

Несётся эхо голосом картавым

За караваном уток на прудах,

Ещё в лугах не пожелтели травы,

И не опали яблоки в садах.

Пусть каждый день ещё многоголосен,

Полынный запах на губах горчит,

И всё-таки уже хозяйка-осень

В окошки наши по ночам стучит.

Издалека услышу гомон детский,

Калиткой скрипнет чей-то палисад,

Пойду домой по улице Советской,

Как шёл когда-то много лет назад.

Счастье встретить свою богиню,

Чтоб однажды и наповал,

Драгоценной своей берегиней

Я всегда её называл.

А любви всё казалось мало,

Ночью тёмной и ярким днём,

И от счастья душа пылала,

Освещаясь её огнём.

А потом о себе вчерашнем

Я забыл, всё спалив дотла,

Но хранила очаг домашний

Эта женщина, как могла.

Мне б увидеть в душе подмену,

Упиваясь свой судьбой,

И однажды пришла измена,

Поманив меня за собой.

Так и стали мы вмиг другими,

Пуст остался родной причал,

Рядом не было той богини,

Что когда-то я повстречал.

Без прощения в сердце иней,

И давно голова седа.

Только больше моя берегиня

Мне не встретилась никогда….

Отгремела гроза над заросшей травою опушкой,

Над притихшей рекой разыгрался июнь на волне,

И опять вдалеке одиноко кукует кукушка,

Всё считает года, что прожить предназначено мне.

Погадай мне, кукушка, и чуть обмани, сделай милость,

Я поверю тебе, не поверить в надежду нельзя.

Убеди меня в том, что прошедшая жизнь не приснилась,

Ведь я очень любил, и всегда были рядом друзья.

Мне казалось всегда, что мои бесконечны дороги,