Фёдор Александрович Васильев

© ИЗДАТЕЛЬСТВО «ХУДОЖНИК РСФСР»

Кто хотя бы несколько раз побывал в Третьяковской галерее или Русском музее, наверняка запомнил произведения Федора Васильева.

«Оттепель», «Мокрый луг», «В Крымских горах», «Осень на болоте» по праву соседствуют в нашей памяти с такими образами родной природы, как левитановская «Золотая осень», саврасовские «Грачи прилетели», шишкинская «Корабельная роща».

Федор Александрович Васильев родился 10 февраля 1850 года, 24 сентября 1873 года он скончался. Казалось бы, в столь скупо отмеренные годы едва начинает созревать характер, только начинают определяться общие черты мировоззрения и лишь смутно намечается перспектива жизненного пути. Обычно, да. Но к Васильеву обычной мерки не применишь. Это человек исключительной судьбы и феноменальной силы дарования; этот юноша, необыкновенно чуткий и восприимчивый, наделенный сверхъестественной зрительной памятью и творческим воображением, имел свои собственные критерии и темпы роста. Ему хватило и его двадцати трех лет не только для того, чтобы окрепнуть как художнику, но и для того, чтобы прокладывать новую тропу в русском искусстве.

И дело здесь не только в нем самом, не только в таланте и трудолюбии Васильева, но и в том, что с детства он неизменно встречал на своем творческом пути заботливых и опытных руководителей.

Формирование личности Васильева проходило при непосредственном и сердечном участии И. И. Шишкина и И. Н. Крамского. Васильев был близко знаком с большинством членов Артели петербургских художников и Товарищества передвижных художественных выставок. Особенно тесной личной дружбой связан был Васильев с молодым поколением передвижников - с Репиным, Виктором Васнецовым, Савицким…

Но, пожалуй, главным в его духовном и творческом развитии было то, что сама общественная атмосфера, как никогда, стимулировала рост всего передового, молодого, талантливого. Годы, когда начинал работать Ф. А. Васильев, были самым кипучим и бурным временем в истории русской культуры; это был период становления нового реалистического искусства, когда каждый передовой художник горел общим воодушевлением и стремился своим творчеством ответить идеалам боевого, демократического искусства. В эти годы разночинная интеллигенция, захваченная могучим общественным подъемом революционной ситуации в России, болела о судьбах народа, о судьбах Родины, когда все мелкое и сугубо личное считалось достойным презрения, когда всякий честный человек гневно ненавидел все косное и отсталое.

Это было время невиданного до того в России широкого интереса к социальным вопросам, когда передовая часть общества свято верила в национальное возрождение и крестьянскую революцию, а реакционная его часть пылала лютой злобой ко всякой попытке хоть в чем-нибудь изменить существующие порядки. В те годы можно было только любить или ненавидеть.

В условиях жестокой реакции люди 1860 - 1870-х годов смотрели на искусство и на пейзажную живопись в том числе, как на важную сферу социальной жизни, в большом или в малом оно было пронизано духом борьбы и протеста. И мудрено ли, что талантливый юноша, который рос в самом сердце передовой художественной среды, воспринял все лучшее и рано достиг зрелости и как человек, и как художник.

Трудным и горьким было детство Федора Александровича Васильева. Семья постоянно бедствовала. Не имея средств, Васильевы часто переезжали с квартиры на квартиру, тщетно подыскивая комнату подешевле. Неделями семья сидела в темноте, так как часто не на что было купить свечей. От тяжелых условий жизни отец, брат, сестра Васильева и сам он были больны туберкулезом.

С двенадцати лет будущий художник вынужден был зарабатывать себе на хлеб. В 1862 году Федор Васильев поступил на службу в Петербургский почтамт почтальоном. Несколько позже он служил писцом в Адмиралтействе.

Отец Федора, мелкий почтовый чиновник, бывший воспитанник сиротского дома, рано вышел в отставку и умер, когда будущему художнику едва исполнилось пятнадцать лет. Однако еще больше, чем постоянная нужда, угнетала юношу его участь «незаконнорожденного». Несмотря на то что родители вступили в брак вскоре после его рождения, существующие тогда законы не позволяли им усыновить своего собственного ребенка.

Рисовать Васильев начал очень рано, уже в десять лет он довольно бегло владел техникой масляной живописи, а с карандашом и акварелью был знаком много раньше. Любимым его занятием в раннем детстве было срисовывание журнальных картинок.

Когда Федору исполнилось тринадцать лет, в его жизни произошел первый серьезный поворот в сторону искусства. Он бросил свою должность писца и нанялся в услужение к реставратору картин в Академии художеств П. К. Соколову.