Флагман футбола

Колдовская музыка ударов по кожаному мячу с самых ранних лет поселилась в моем сердце, заняв в нем прочное место. Из всей звуковой гаммы, голосившей на все лады дореволюционной Москвы, не было для мальчишеского уха ничего более зазывного, чем эти барабанные удары – «бум, бум, бум». Едва заслышав их, я припускался бегом на эти звуки. Ведь там мог «стучать» кумир моего детства – и только ли моего? – Павел Канунников, который часто тренировался со своими сверстниками и одноклубниками на открытом поле у Краснопресненской заставы. Раньше так и говорили – пойдем постучим. Удары по мячу были слышны за квартал. Это сейчас футбол стал беззвучным. Бутсы и мячи стали другими – бутсы легкими, как тапочки, мячи эластичные, летающие. Сильнейшие отбойные удары беков ушли в область преданий, пушечные «шютты» форвардов с дальних дистанций живут лишь в воспоминаниях. Игра по принципу «сосед соседу», пас на короткую дистанцию никакого шума не производит.

Футбольные «предки» любили и умели бить по мячу, даже в самые давние времена – начала нашего века. Я свидетельствую об этом, как очевидец. Мощные «шютты» и «свечи» были мерилом умений футболистов обращаться с мячом – его техническая оснащенность определялась именно этими качествами. Бывало, такой бек, двухметрового роста, как замечательный футболист и тренер из числа первых русских мастеров кожаного мяча Михаил Ромм, засветит мяч в поднебесье и публика, задрав головы, бурно аплодирует. Только многие годы спустя появилось ироническое… «для кухарок».

Обращусь к книге самого Ромма «Я болею за «Спартак», в которой он пишет:

«…Кто-нибудь из них (форвардов. – А. С.) откатывал мне мяч, я разбегался и бил по мячу, бил изо всех сил, испытывая чувство полной мышечной разрядки.

Думается, ни одно спортивное упражнение не может в этом отношении сравниться с ударом по мячу в футболе…» Верно сказано, добавлю я.

Четко в памяти сохранилась вызывающая ностальгическую грустинку отжившая футбольная терминология. Рубрика в газете «Русский спорт» под названием «Футболъ» пестрела странными для глаза сегодняшнего любителя футбола терминами – «пенальти-кик», «хендо», «офсайд», «корнер» и т. п.

Первое поколение сборной России формировалось, когда отечественный футбол находился в младенческом возрасте. Готовность отдать все силы в честной спортивной схватке за победу была душевным базисом, на котором возводилась надстройка технико-тактических умений игроков того времени. Никаких тренеров и в помине не было. О совершенствовании своих качеств заботились сами футболисты.

И я далеко не одинок в своей повышенной эмоциональной восприимчивости к виду футбольного мяча. Имею в виду не своих сподвижников по футбольным полям и не наших футбольных потомков. Что касается их, в этом нет ничего удивительного. Кожаный мяч втянул их в свою орбиту с детских лет. Оторваться от этого притяжения они не в силах. Ногами они срослись с мячом. Он их стихия.

Но чем завлек маленький кудесник миллионы людей самых разнообразных профессий, возрастов, чем заворожил, вызывая бурное клокотание их сердец и на трибунах стадионов, и у экранов телевизоров, тех, которые с мячом «на ногу» не знакомы, а в детстве этой игры, возможно, и вообще не знали? Сколько интереснейших людей приходилось мне встречать, для которых футбол был жизненно необходимой потребностью.

У меня на этот вопрос однозначного ответа нет. Находя какие-то отдельные черты возможной притягательности, главную причину болельщицкого гипноза сформулировать не могу.

Без малого три четверти века я на все лады слышу – футбол, футбол! Для меня он так и остался до конца не познанным, как жизнь со всеми ее противоречиями и парадоксами. Оставляя, таким образом, вопрос об истоках притягательности маленького кожаного волшебника без ответа, я хочу поделиться с читателем впечатлениями о футбольных событиях, ставших историческими, рассказать о своем участии в сборной футбольной команде на шей страны. Рассказываю, в основном обращаясь к своей памяти.

Что-то в этой умозрительной видеозаписи поистерлось, что-то вообще выпало за незначительностью события, что-то я должен отбрасывать сам как не имеющее отношения к теме. Проще говоря, хочу, чтобы книга содержала правду, какой она представлялась сначала мальчишке, потом юноше, мечтавшему о высших свершениях в футболе, далее члену сборной команды, в последующем ее капитану, а затем одному из общественных руководителей, продолжающему нести за выступления сборной команды нравственную ответственность, перед своей гражданской совестью, во всяком случае.