Физрук: назад в СССР

— Э-э! Казел, бабки вэрни! Прирэжу!

Скрежетал из телефонной трубки голос с акцентом, впиваясь в мою барабанную перепонку. Я стоял в одних трусах посреди загородного дома и слушал сплошной поток отборных угроз. Во дает! Даже слово вставить не могу…

— Милый, кто звонит? — в арке из искусственного камня выросла моя «Богиня».

Рыжая девица с перекаченными губами, модным лисьим прищуром и ногами от самых гланд. Грудь выпирает из-под легкого шелка распахнутого до пупа халатика. Блин… А ведь я даже имя ее не успел узнать. Зажал ладонью динамик и притворно улыбнулся:

— Ничего особенного, это по работе, я скоро буду.

— Я тебя жду, барсучок, — богиня театрально развернулась, демонстрируя попку «краником», поправила сползшее по плечу кружево и, виляя бедрами, растворилась в дверном проеме. Я невольно проводил ее взглядом, эх… хороша Маша (или кто она там, Ангелина или Оливия какая-нибудь, скорее всего).

Переступая с ноги на ногу, я почувствовал, как разгоняется молодецкая кровь, аж мурашки по коже. Вот как на меня девки красивые действуют. Эта кукла лет на тридцать младше меня. Ухоженная — солярием, фитнесом и прочими СПА отполированная. Мартышка повелась на мою дорогую тачку и презентабельный вид бывалого торгаша. Ну и лопатник, конечно, полный налички (люблю нал), тоже сыграл роль. Так получилось, что после сегодняшней очень денежной сделки налички у меня оказалось в избытке, вот и расплачивался я в ресторане не картой. Шкурка видела, что Буратинка богатенький, глаз положила. Да и хрен с ней, один фиг завтра на Бали свалю. Мне теперь жизни здесь не дадут. А эта лялька думает, что бизнесмена отхватила — путевочку в новую жизнь. Пусть думает.

Был бизнесмен Вова, да сплыл сегодня. Отжали у меня дело, но и я в накладе не остался. Подлянку напоследок недругам подложил-таки.

Я вернул трубку к уху, из которой по-прежнему верещал мой партнер по сделке.

— Извини, дорогой, отвлекся, — медовым голосом пропел я. — На чем мы остановились? Ага, вспомнил! Ты, вроде, зарезать меня собирался. Да, да, продолжай…

Саид и его ребята год назад положили глаз на мой бизнес — достаточно крупный автосервис по ремонту иномарок. Воспользовались тем, что санкции серьезно ударили по моей прибыли, и случился отток клиентов. На сам сервис им было плевать с высокой горы, где раки свистят, но вот земля, на которой стояли боксы моих мастерских, виделась им лакомым кусочком.

Эти ублюдки подкупили префекта, архитектуру и прочую чиновничью братию. Отжали землю грамотно, но грязно. Добились своего, совершив, по сути, рейдерский захват. Совсем как в старые-добрые девяностые, когда я только начинал барахтаться в рыночной экономике, завязав с армейкой и пытаясь сколотить свой первый бизнес, гоняя из Уссурийска праворульные «японки».

— Что молчишь?! Э! — продолжала дребезжать трубка…

— Все честно, Махмуд, — вздохнул я (уже утомился топтаться в коридоре, хотелось поскорее к «Маше» под бочок). — Ты меня кинул, с меня ответка прилетела. А ты как хотел?

— Я Саид! — заверещала трубка, подпрыгнув у меня в руке.

— Без разницы, — улыбнулся я. — Хоть Гюльчатай… Один х*р, получай!

— Верни деньги, сука! Ты заранее знал, что на земле, которую ты мне впарил — нельзя ничего строить!

— Честно? Не знал… Но так получилось, — злорадно скалился я, вспоминая, как провернул крутую аферу.

Я когда-то нашел на участке своего автосервиса, в траншее, древние черепки. Осколки горшка или короны, так и не разобрался. Значению этому сразу не придал, но черепки заныкал, место находки запомнил. И вот сейчас выложил этот козырь. Обнародовал, так сказать. Естественно, землю властям пришлось признать исторически ценной и неприкосновенной. И архитектура зарубила там строительство. Даже боксы мои не успели еще снести, как археологи, студенты и прочие доценты сразу понаехали, раскопки начались. Пресса, репортеры и все дела. Мол, стоянка людей какой-то древней домуходрищенской эпохи, оказывается, там нашлась. Во как…

Вот и злился мой нечестный покупатель. Выкусил, падла.

— Ты все сказал? — поинтересовался я, когда Саид в очередной раз набирал в легкие воздух, давая себе передых между матерными тирадами и угрозами. — Теперь внимательно послушай меня, чувырло неумытое. Бабки останутся у меня. Как ты дальше там с землей порешаешь — мне фиолетово, можешь продать свои почки, можешь пойти на панель. Это твои проблемы. Всего хорошего желать не буду. А вот на х*й пошлю.

Положил трубку, телефонный провод выдернул из розетки. А вот теперь пора сваливать, звонок-то очень быстро пробьют. Эх, не срослось сегодня со свиданием. Зря только телочку приболтал.

Я зашел в комнату, где на кровати, как агнец на жертвеннике, лежала моя богиня. Волосы разметала по голым плечам и груди, ножку вытянула, попку отклячила. Прям картину можно писать. Жаль, что я не Рафаэль, да и времени в обрез.

Не глядя больше на нее, я с невозмутимым видом начал одеваться.