Финальный выбор

Я с трудом помню, как попал сюда. Лишь иногда в голове вспыхивают какие-то странные кадры. Кафельный пол, раковина. Сквозь закрытые шторы в комнату едва пробивается свет ночных фонарей. Далекий вой сирены. Клацанье ключа в замочной скважине и пронзительный женский крик. Дальше – опустошающая тишина и сильнейшая слабость…

Здесь я нахожусь уже около недели, судя по биологическим часам моего организма. Тут нет течения времени – солнце все время находится в одной точке – за плотными, мертво-серыми облаками. Нет никакого движения. Даже если наступить в лужу, по ней не пойдут волны, как будто боясь стать заметными для кого-то. Или чего-то. Здесь есть только лес: старые засохшие прямые стволы стоят настолько близко, что не видно ничего дальше 10 метров. А кроме леса есть Они. Мне еще не удавалось разглядеть их вблизи. Они быстро мелькают между деревьями и дико вопят, словно их облили кипятком. Их бледная, пепельная кожа сливается с местным ландшафтом, поэтому, притаись один такой в какой-нибудь ложбине, его запросто можно спутать с пнем или бугром на земле. А когда он заметит тебя и начнет кричать, лучше сразу закрыть уши ладонями, исключив риск потерять слух.

Первые несколько часов моего пребывания здесь я очень боялся, поэтому спустился к реке и укрылся под обрывом вдоль берега. Потом звенящая тишина стала пугать меня еще больше, и я вылез из убежища. Поднявшись к лесу, я впервые увидел их… Дикарь с безумными глазами пронесся в 3 метрах от меня, заставив мое сердце колотиться с невероятной скоростью. Спустя миг я снова сидел в своей норе и пытался отдышаться. Да, ну и день тогда выдался.

Затем, справившись со страхом, я стал исследовать этот мир. Поначалу все было достаточно интересно. Река, поляна, деревья, дикари. Деревья, дикари. Деревья, деревья… По мере углубления в лес мир казался все более однообразным, и мне это наскучило. Я стал искать способы выбраться отсюда.

Я прошел десятки километров. При это меня не мучала усталость. Я не испытывал чувства голода или сонливости. Все это было довольно странно. В конце концов я решил остановиться и попытаться придумать план. Собрал охапку сухих веток, которых здесь было много, нарвал сухой травы и поджег ее старой зажигалкой из кармана. У костра всегда уютнее и лучше думается – известный факт.

Я прислонился спиной к дереву, снял потертые башмаки и вытянул ноги к костру. Тепла я не ощущал. Был только свет. Треск веток эхом раздавался по лесу. Язычки пламени изящно отрывались от костра и улетали вверх. Огонь увлекал меня. Я разглядывал его цвета и переливы. Он покачивался, вводя меня в гипнотическое состояние. И вдруг он стал каким-то очень знакомым. В груди резко защемило, и тело будто начало куда-то падать. Появилось неприятное ощущение невесомости.

В голове снова замелькали картинки. Сначала они хаотично бурлили, а потом сложились в один ряд, и я начал вспоминать…

Такой же рыжий костер. Только теперь уже горячий, согревающий тело, остуженное прохладной июльской ночью. Кругом полная тишина. Ветер колышет верхушки сосен. Костер образует во тьме маленький островок, где я сижу на бревне, закутавшись в плед. Рядом со мной на земле стоят 3 кружки с чаем и открытая шоколадка. Веки тяжелые. На душе очень, даже слишком спокойно…

Я проснулся в том же лесу. Костер уже потух, а не его месте медленно тлели угольки. Мне вдруг показалось, что стало темнее – будто солнце переместилось из зенита ближе к горизонту. Но такого не могло быть, ведь я находился в этом месте уже около недели, и за это время ничего не поменялось. Наверно, глаза после сна воспринимают цвета по-другому.

Я с трудом встал и потянулся. Нужно было идти дальше. Казалось, что выход уже совсем рядом. Совсем недалеко от моего лагеря я обнаружил ручеек, в котором я умылся. Глазам сразу вернулась ясность, а мысли стали четче. Я подумал, что удобнее всего будет идти вдоль ручья. Рано или поздно он меня куда-нибудь приведет. Я не знал, есть ли в этом лесу дикие звери, которые могли бы следовать такой же логике, но идей получше у меня не нашлось.

Я двинулся вверх по течению. Вокруг не было никаких намеков на разумную жизнь. Все те же серые стволы умерших деревьев, мрачное небо и шелест кустов, вероятно создаваемый дикарями.

Я пытался понять, что означал мой сон. Были это мои воспоминания или просто игра воображения? Все чувства были такими реальными. Неужели, когда-то я и правда был там?..

Под ногами чавкала сырая земля, налипала на старые кроссовки. Деревьев вдоль ручья не было, поэтому шлось гораздо быстрее. Вода тихо журчала под левым ухом. Этот звук меня успокаивал, отвлекал от странных мыслей, которых было предостаточно. Например, как, черт возьми, я вообще здесь оказался. Или кто эти дикари. И почему я не помню ничего до леса? А помню ли я, как меня зовут? Кажется, нет. Я ничего не знаю о себе. Может быть, я попал в Ад? Тогда за что? Существует ли вообще нечто такое, за что человек может отправиться в Ад?