Фея страшных снов

Госпожа Мафалда, директриса Королевской Школы для юных леди просматривала утреннюю почту. Поверх обычных голубых и розовых надушенных конвертов лежал огромный белый пакет, украшенный массивной алой печатью. Скрывая внутренний трепет, женщина взяла нефритовый нож, срезала вощеную нить, вынула лист плотной бумаги, прочитала несколько строк, тяжело вздохнула и уставилась в окно. Через минуту она звякнула в колокольчик, и, когда в кабинет заглянула шустрая светловолосая девушка в лиловом платье, приказала:

– Аманда, пригласите ко мне госпожу Александрину.

– Слушаюсь, госпожа директриса! – тоненьким голосом ответила секретарь и прикрыла тяжелую дверь.

Юная Аманда поспешила в ту часть здания, где располагались комнаты преподавателей, размышляя на ходу о том, что утро в Королевской Школе для Юных Леди начинается очень странно. Все знали, что госпожа Александрина дежурит по ночам и уходит в свою комнату лишь тогда, когда звучит колокол, призывающий воспитанниц к завтраку. Утром она спит, просыпается, в лучшем случае, к обеду, и все это время ее лучше не беспокоить. Самое мягкое, что ждало шумных пансионерок или назойливых слуг – это пребывание в паутинном коконе, безмятежно качающемся под потолком ровно до того часа, когда госпожа Александрина соизволит проснуться. А сегодня директриса сама отправила к пугающей преподавательнице свою секретаршу и племянницу! Неслыханно!

Секретарша на цыпочках подошла к массивной черной двери украшенной лишь овальной табличкой: «Госпожа Александрина Роден», негромко постучала, на миг приоткрыла узкую щель, умудрившись выпалить на одном дыхании:

– Госпожа Александрина, Вас приглашает к себе госпожа Мафалда!

Синий полумрак колыхнулся, протянул невидимые, но осязаемые щупальца к дрожащей секретарше. Аманда судорожно сглотнула, зажмурилась, представляя короткий полет к потолку, но магия вдруг отступила, а из глубины комнаты раздался усталый голос:

– Я буду через полчаса.

Так быстро секретарь директора еще ни разу в жизни не бегала, даже тогда, когда за ней погналась огромная собака, загнавшая девочку на забор! Доложив госпоже директрисе, что госпожа Роден скоро будет, Аманда упала на стул в приемной и принялась утешаться молочными тянучками, припрятанными в нижнем ящике стола. Что кроме сладостей может так порадовать девушку? Разве что много сладостей и горячий чай!

Ровно через тридцать минут тяжелая дверь приемной скрипнула, пропуская довольно высокую даму лет двадцати пяти – тридцати. Строгое темное-синее платье с белым воротничком и манжетами добавляло ей возраста. Волосы, уложенные в тугой пучок на макушке, были прикрыты широкой бархатной лентой траурного цвета, а на ногах, вопреки привычкам классных дам и наставниц, красовались мягкие туфельки без каблуков. Поговаривали, что подошва этих башмачков подбита войлоком, чтобы ночная воспитательница могла неслышно скользить между кроватями воспитанниц.

В общем и целом, облик Александрины Роден можно было бы описать, используя эпитеты: строгая, чопорная, холодная и даже злая. Преподаватели частенько даже вслух удивлялись, отчего директриса Мафалда держит столь странную даму в ночных воспитателях, одновременно допуская госпожу Роден к дневным занятиям некоторых девочек?

Однако ученицы Королевской Школы любили свою строгую надзирательницу и всячески помогали ей скрывать от посторонних ее маленькие тайны. Одной из которых была страстная любовь госпожи Роден к сладкому, особенно, к медовым пряникам, а второй… второй секрет изумил бы коллег еще больше. На самом деле, «старухе Роден» было всего двадцать три года, и когда-то она сама училась в Королевской Школе для Юных Леди.

– Аманда, госпожа Мафалда свободна?

Довольно низкий для женщины голос прозвучал очень мягко, но секретарь все равно вздрогнула и поспешила заглянуть в кабинет директрисы.

– Проходите, госпожа Александрина, Вас ждут! – с невероятным облегчением выпалила Аманда и, сев за стол, задумалась: ну, почему она так боится эту женщину? Даже появление королевского инспектора образования не вызывает у нее такого жутковатого холодка где-то между лопаток!

Кабинет госпожи Мафалды поражал каждого, кто попадал сюда впервые. Входную дверь окружали стеллажи, заполненные альбомами и фолиантами. Боковые окна закрывали тяжелые занавеси, усиливая сходство кабинета с пещерой – пугающей и таинственной! В центре комнаты стоял монументальный стол, отделанный потемневшим серебром и малахитом. За спиной директрисы висел большой портрет Его Величества Клауса-Фердинанда Второго в полной парадной форме. Справа стену занимал такой же большой портрет Ее Величества Арионы-Маргариты, а слева – портрет Наследника, кронпринца Франца Кристиана.

Воспитанницы, попадавшие в кабинет директрисы потом долго не могли отделаться от впечатлений, вызванных мрачно-торжественным интерьером. Однако передняя часть кабинета была именно воспитательной, а еще служила местом приема всевозможных чиновников и проверяющих.