Ферма

Виктор Касаткин почесал затылок и тяжко вздохнул, подсчитывая убытки. Баланс его коммерческой деятельности давно просел под натиском конкурентов, но надежда еще теплилась в душе. Вчера на его ферму нагрянули экологи и пожарные. Пришлось, как водится, раскошелиться и умаслить строгих контролеров. В стойле №3 продолжился падеж скотов мясной породы. Это уже были не шутки, а грозные признаки эпидемии. Надо было принять энергичные меры, чтобы побороть хворь в зародыше, иначе ферму закроют на карантин, банк быстро наложит свои грязные лапы на его перезаложенное имущество, а далее – маячила перспектива продажи его тела за долги на мясные деликатесы.

Касаткин вышел из своего типового офиса и, нахмурив брови, потянулся. Утро обещало быть свежим и безоблачным. Казалось, совсем недавно такими же безоблачными были его фермерские дела, но жизнь внесла свои суровые коррективы в скромный крестьянский бизнес Виктора. Официальное разрешение на брак с девушкой из ближайшего городка он так и не получил, несмотря на то, что имел высокий статус свободного гражданина. Чиновник из Минбрака просто рассмеялся и порвал его заявление, мотивируя свой отказ катастрофической кредитной историей кандидата для создания семьи, чем вверг фермера в непроходящее уныние.

Оседлав трактор, Виктор указал в компьютере маршрут движения и начал объезжать свои владения. Поля генномодифицированной сои отливали ядовитой зеленью, далее простирались густые поля измененной кукурузы, которые упирались в типовые стойла для скотины.

– Урожай должен быть хорошим. Надо бы добавить новых удобрений, которые широко рекламируются по телеку. Дай бог, выберусь из долгового дерьма и заживу…, – оптимистично размышлял фермер и прибавил ходу.

Впереди показались высоченные серые стены из монолитного пластика, увитые проводами высокого напряжения и низкие длинные типовые стойла, крыши которых едва просматривались за железным защитным забором. Во двор стойла №1 трактор влетел через глухие автоматические ворота, сделанные из добротной нержавейки.

Хозяина уже встречали пять откормленных скотолюдей, которые стоя на коленях в жирной грязи, готовились к обстоятельным докладам о состоянии стойл и скотины. Виктор бросил грозный взгляд на старшин скотов и внимательно, не перебивая, выслушал каждого. Особенно его встревожило положение дел в стойле №3.

Грузный старшина, одетый в грязную накидку из мешковины, стараясь не встретиться взглядом с благородным хозяином, отчеканил:

– Мой господин! За ночь померло еще семь скотов. Все принятые мной меры по дезинфекции стойла и отсыла больных на бойню не принесли результата. Болезнь оказалась редкой и опасной. У скотов появляется на коже сыпь, которая быстро превращается в язвы, приводящие к гибели. В протеины и соевые белки я добавил антибиотики и витамины, но вирус оказался на редкость устойчивым к лекарствам. Для улучшения ситуации предлагаю вызвать ветеринара и последовать его советам…

Касаткин взбесился:

– Ах ты смерд! У тебя и так мозгов нет, а еще советовать вздумал! Я оказал тебе великую милость и пока не отсылаю на бойню в надежде, что ты оправдаешь мое высокое доверие. А ты талдычишь – ветеринара подавай! А подумали ли твои свиные мозги, что будет, если про нашу болезнь он доложит в Санэпиднадзор? Тогда нам всем надо ждать гостей в костюмах биозащиты, которые наверняка сожгут в ямах весь скот живьем, в том числе и тебя. Ладно, еще даю одни сутки. Если болезнь в твоем стойле не утихомирится, придется нам весь скот блока №3 сжечь. И староста будет не исключением.

Еще раз измерив грозным взглядом тучных старшин блоков – стойл и повелев им ступать в вверенные стойла, Виктор зашагал к злополучному блоку, в котором хищно расцветала незнаемая болезнь.

Серое здание из утепленного пластика было оборудовано по последнему слову строительства типовых объектов животноводства. Внутри стойла было тепло и чисто, но неистребимый запах человеческих фекалий едко витал в воздухе. Автоматические линии подачи корма, поилки и канализация были добротно смонтированы и обеспечивали быстрый набор веса у скотолюдей. Стоя на четвереньках в тесных клетках, которые надежно обеспечивали неподвижность, поголовье жадно поглощало корм из кашеобразной смеси сои и кукурузы с вкусовыми добавками, витаминами и препаратами, обеспечивающими подавление даже минимальной мозговой деятельности.

Порой, в общем хоре вздохов и гула, различались обрывки человеческой речи, на которые фермер не обращал особого внимания.

С тех пор, как безумная деятельность людей в создании все новых видов биологического оружия стала причиной массового вымирания пернатых, животных и рыбы в морях, дефицит мясных продуктов на полках магазинов покрывался искусственным мясом. Как утверждали разные спецы по зомбоящику, это вызвало у людей массовые генетические сдвиги и эпидемии, приведшие к быстрому сокращению популяции людей, как представителей последнего биологического вида животных на земле, Ведь всеядность всегда была присуща хомо – сапиенс в эволюционной борьбе.