Феникс

То, что благими намерениями выстлана дорога сами знаете куда ― давно не новость. Но тогда я об этом не задумывался, в шестнадцать лет голова была забита мечтами и иллюзиями. Ведь для своих родных я был чудо-ребёнком, отлично владеющим магией, и готовым для них на всё. Если бы только знал, наивный дурачок, к чему это приведёт…

Я вырос в дружной семье дяди и тёти, окружённый их заботой и неподдельной любовью. Своего кузена Да́ни, который был не на много старше меня, привык считать родным братом и обожал с самого детства. Таскался за ним «хвостом», доставая его и копируя привычки, чем вызывал добродушный смех дяди Джека и ехидную ухмылку самого Дани.

Брат был очень похож на отца: темноволосый с карими глазами, тот ещё красавчик, с гордым и насмешливым характером. Весь в маму, с детства окружённый повышенным вниманием женской аудитории. Говоря о маме, я имел в виду первую любовь дяди, родившую ему ребёнка и умершую в том же году. Нынешняя жена Джека, тётя Луиза, была простой и бесхитростной женщиной, всецело отдававшей себя дому и воспитанию чужих детей, то есть Дани и меня.

Со мной всё было непросто. Я появился в этой семье совсем крошкой в тот год, когда Джеку с женой и ребёнком пришлось бежать из нашего родного мира магии, сюда на Землю, в мир высоких технологий и жестокого бизнеса. Мой отец не последовал за ними, отдал меня дяде, оставшись там. О причинах, заставивших его совершить такой отчаянный поступок, я узнал, когда обнаружились мои способности к магии.

Точнее, я-то с самого раннего детства знал, что со мной не всё в порядке. Страх оказаться не таким «как все», «уродом» или «монстром» на фоне остальных детей, преследовал меня. Одна мысль о том, что родители и Дани разлюбят меня и выгонят на улицу, потому что я «другой», вызывали во мне ужас и заставляли контролировать себя. Откуда мне было знать, что мой отец — маг, и, вообще, что у меня другой папа.

Однажды мою «тайну» чуть не раскрыли. Мне было года четыре. Больше всего на свете я обожал играть с огнём, в прямом смысле этого слова. Когда, конечно, был уверен, что меня никто не видел. Огонь был моим первым другом, он меня не обжигал и не причинял боли, напротив, с ним я чувствовал себя лучше. Огненный шарик легко возникал в моей ладони и, подчиняясь желанию, раздувался, принимая формы разных зверей. Это было весело, но однажды я за ним не уследил, и диван, на котором играл, вспыхнул.

Зашедший в комнату дядя мгновенно потушил пожар и, осмотрев меня, обрадовался, не найдя на моём теле ни одного ожога. Меня сочли «счастливчиком» и дали прозвище «Феникс», которое так ко мне прилипло, что со временем я стал забывать своё настоящее имя.

Я спросил у дяди Джека, которого тогда считал отцом:

«Что такое Феникс?»

― Это волшебная птица, сынок. Она, как ты, не боится огня, а сгорая, снова возрождается из пепла.

Мне стало интересно.

― Папа, а много на свете Фениксов?

Он задумался.

― Думаю, она одна особенная, как ты…

Я расстроился.

―Значит, ей невесело. Неужели, мне теперь придётся как ей, жить и летать в одиночестве?

Джек засмеялся и обнял меня.

― Нет, мой милый Феникс, мы всегда будем рядом с тобой.

― И Дани?

― Конечно, глупыш…

Я успокоился и поверил ему. Так я принял это прозвище, а вместе с ним и свою судьбу одиночки, спешащего на помощь дорогим людям, не заботясь о себе. Мой печальный полёт начался…

Когда мне было около шести лет, Дани застал меня за передвижением стульев по комнате, составлением из них неустойчивых пирамид и тому подобными играми. И всё это при помощи магии. Не знаю, как долго брат наблюдал за мной, пока его холодный голос не остановил мои «выкрутасы» с мебелью.

― Интересно, и как давно ты умеешь такое? И почему молчал до сих пор, а?

От неожиданности, я потерял контроль, стулья с грохотом упали на пол. Несколько гнутых ножек разлетелись по разным углам.

― Дани, когда ты пришёл? ― испуганно пролепетал я, ― Не рассказывай, пожалуйста, папе, я сейчас всё исправлю…

― Не стоит, и перестань трястись, никто тебя не будет ругать, ― в его голосе не было обычного превосходства или насмешки. Он был серьёзен, ― что касается стульев, я и сам справлюсь. Поверь, это несложно, заклинание совсем простенькое.

Я и не понял даже, как это произошло, но через мгновенье целые и невредимые стулья стояли на прежнем месте. Сознание того, что брат тоже это умеет, немного успокоило меня. Но его настороженный взгляд пугал, и я заплакал. Он подошёл ко мне, сел рядом и обнял. Вот тогда я увидел настоящего Дани, а не его насмешливую высокомерную маску, которую тот постоянно носил.

― Успокойся, малыш. Ничего страшного не происходит. На самом деле это здорово, что ты один из нас.

― Один из вас, Дани? ― всхлипывая, переспросил я.

― Из магов. Отец всё тебе расскажет, не переживай. В нашей семье все так умеют и даже больше, ― и он не отходил от меня, пока домой не вернулся Джек.