Фабрика Богов

Координаты места: Широта: 68. 72 57 27 N Долгота: 96 128 996E.

Высота над уровнем моря: 1346 м.

Мелкий моросящий дождь закончился ближе к полудню, но его сменил лютый порывистый ветер, который тревожно завывал среди острых каменных обломков и продувал любую одежду, забирая тепло и вызывая озноб. Низкие серые облака неслись над верхушками деревьев и, казалось, что именно они раскачивают их, задевая своим тёмным тяжёлым брюхом. На таком ветру нет смысла даже разжигать костёр. Единственный плюс этой погоды — это отсутствие гнуса, от которого нет спасения в этих местах.

По идеально ровной плоскости горного склона, густо заросшей мелким колючим кустарником и невысокими деревьями хвойных и лиственных пород, медленно шли два молодых человека. По виду оба они были похожи на обычных туристов из города, которых иногда можно встретить в этих местах ближе к концу лета и осенью.

Тех, кто приехал в тайгу первый раз, местные могли легко определять по взгляду и по походке. Человек, который провёл в лесу больше месяца, полностью меняется. Он иначе смотрит, двигается и разговаривает. У него даже взгляд становится другим.

Эти два человека, и это сразу бросалось в глаза, были новичками. Непонятно, каким образом они умудрились забраться так далеко. Эти двое явно что-то искали. Один из них был высокий, в наушниках, одетых поверх серой кепки, туго натянутой на самые уши. Он неотрывно смотрел на мигающий экран громоздкого прибора, который нёс в руках его спутник.

— Матвей, — тихо позвал тот, что в наушниках, и неожиданно остановился. — Мне, вроде, сейчас послышалось нечто слабое, похожее на резонанс! А может и вовсе показалось? Ты генераторы достаточно глубоко в землю вбивал? Все на одинаковую глубину? А расстояние между ними точно выверил? Уверен, что нет ошибки?

— Вадик, я уверен! Что ты! Я же понимаю важность этих параметров! А почему ты спросил? У тебя что, обнаружен резонанс? Не молчи же, Вадик! Не надо так со мной! Резонанс, да? Ты понимаешь, что это значит? Мы…

— Мы с тобой только что нашли пирамиду, Матвей, — спокойным тихим голосом сообщил парень в наушниках и снова сосредоточился на сигнале, — вход прямо под моей ногой. Пометь это место. Нам осталось пробиться через два метра каменной крошки. Я заявляю это с полной ответственностью.

Мы с тобой сегодня совершили открытие, вдобавок и наше изобретение успешно работает, представляешь! Наш подземный эхолот работает!

— Ура! Это же победа! Да мы сейчас дружно по-стахановски навалимся! И пробьёмся! Сегодня же. Ещё до захода солнца. Это же не два километра гранитной породы в конце концов. А мы и два могём, верно?

Владислав аккуратно поставил самодельный прибор с монитором на склон, встал на колени перед Матвеем, вытащил из кармана ветровки универсальный нож туриста и очертил вокруг ног своего друга круг.

— Вот и всё! Можешь теперь отойти! Сегодня мы будем в сердце пирамиды, — сообщил он радостным торжественным голосом.

— Чисто теоретически, я, конечно, должен радоваться, — хриплым простуженным голосом стал рассуждать Матвей и потуже затянул на голове капюшон веревочной утяжкой. — Сегодня у нас большие успехи! Мы же действительно герои! Нашли вчера древний город и гигантские статуи! А ещё раньше мы с тобой изобрели технологию подземного сонара и собрали его. А сегодня нашли действующую пирамиду и вход в неё. Очень скоро мы оба окажемся внутри. Всё, к чему мы так долго готовились, начинает свершаться!

Это, несомненно, — великое открытие. Кажется, нужно радоваться. Но мне, Вад, почему-то грустно на душе. Как-будто, тревога непонятная закралась. И в то же время странное радостное предчувствие! Ощущение, будто я стою на пороге чего-то нового.

Такое чувство, что со мной скоро произойдёт нечто неотвратимое, но очень важное. Откуда-то странное знание пришло в голову, что мне нужно нечто важное узнать здесь, затем передать это знание кому-то. Но куда и кому передать? Может в саму Академию Наук?

Вадим после этих слов вздрогнул, сразу посуровел лицом, насупился и уставился в глаза другу:

— Давай-ка, Матвей, сразу договоримся с тобой вот о чём: официальная наука для нас является лженаукой и врагом. Мы не подпустим её к нашим исследованиям. — Владислав поднял на друга внимательные зелёные глаза. — Ты помнишь, Матвей, что сделали эти люди из так называемой академической науки с действующими пирамидами в бухте Находка? Брат и Сестра, 1950-е годы! Пирамиды ими взорваны! Вместе с древними артефактами! Всё погубили, вандалы! Даже не пытались исследовать! Поэтому, нашу пирамиду мы им на растерзание не отдадим! Поклянись же мне сейчас, Матвей, что сохранишь в тайне наше открытие!

— Я клянусь, Вадик, клянусь тебе! — с готовностью закивал головой Матвей.