Европа нового времени (XVII—ХVIII века)

В четвертом томе речь пойдет о полутора столетиях европейской истории после Вестфальского мира (1648 г.), положившего конец длительному вооруженному противоборству блоков католических и протестантских держав. При размытости (и в определенном смысле условности) границ, разделяющих исторические эпохи, освещаемые в томе события и процессы образуют особый этап истории Европы, а вследствие того места, которое она занимала во взаимоотношениях континентов, — и во всемирном развитии.

В Европе в это время проходили разнонаправленные, но тесно связанные механизмом рынка процессы — развитие мануфактуры на Западе и закрепощение крестьянства на Востоке. В передовом регионе (Англия, Голландия) они сопровождались заметно ускоренным Английской революцией середины XVII в. и «Славной революцией» 1688 г. становлением раннебуржуазных государств, в которых господствующее положение наряду с дворянством принадлежало верхушечным слоям торговой и финансовой буржуазии. В Англии, при сохраняющемся полном исключении из политической жизни основной массы народа, утвердились некоторые институты парламентской демократии. В остальной части континента развитие шло в противоположном направлении — резкого укрепления позиций абсолютизма, которому удалось, опираясь на вновь созданные постоянные армии и строго централизованную бюрократию (содержащиеся в значительной мере за счет материальных ресурсов капиталистического уклада в экономике), ликвидировать сепаратизм феодальных магнатов, ограничить или даже свести на нет автономию провинциальных сословных учреждений, права религиозных меньшинств. Сдвиги в социальной психологии способствовали секуляризации жизни образованной части общества при сохранении традиционной роли церкви, изменению космологических воззрений, «научной революции», распространению Просвещения в качестве главной идеологии эпохи.

Итак, речь идет об одном из переломных периодов европейской истории, когда ее течение совершило крутой поворот от изживших себя феодальных порядков старого режима к новому общественному строю — капитализму. Новая эпоха, характеризовавшаяся особым развитием первой формы буржуазных производственных отношений («мануфактурного капитализма»), заявила о себе вначале только в передовых в общественно-экономическом отношении странах — Голландии и Англии. Вместе с тем более или менее ярко выраженные свидетельства ее приближения давали о себе знать и в хозяйственном укладе ряда других стран континента. Общие условия в каждой из стран в разной степени допускали или, напротив, исключали создание крупного мануфактурного производства, вызываемого к жизни состоянием внутреннего и внешнего рынков сбыта.

Мощным ускорением разложения традиционных и становления новых хозяйственных форм являлся сложившийся к тому времени в Европе капиталистический рынок, посредством которого разрушалась былая хозяйственная замкнутость отдельных стран и регионов. Складывавшаяся на этой основе новая общеевропейская экономическая система все более ориентировалась на возможности капиталистической мануфактуры, прежде всего в Англии и Голландии.

Однако капиталистическая мануфактура не имела количественного преобладания над преимущественно докапиталистическими формами общественного производства. Для понимания европейской истории XVII–XVIII столетий важно уяснить тот механизм сложного взаимодействия различных общественных укладов, который привел в конечном итоге к повсеместному утверждению капиталистических отношений. А этот механизм не исключал и такого на первый взгляд противоречащего ведущей тенденции эпохи явления, как утверждение к востоку от Эльбы крепостного права, приобретшего особо жестокие формы со второй половины XVII в. Он действовал и при обнаружившихся в Европе XVII в. признаках хозяйственного кризиса, сказавшегося прежде всего в свертывании внешнеторговой активности. Тема глубинной перестройки экономических и других общественных отношений является одной из важнейших тем данного тома.