Эволюция военного искусства. С древнейших времен до наших дней. Том первый

Настоящий труд представляет существенную переработку, нашей «Истории Военного Искусства». Требования изучения стратегии заставили дать очерк нескольких новых кампаний, подчеркивающих различные стратегические идеи. Особенно крупные изменения в этом отношении будут иметь место во втором томе нашего труда, посвященном новейшей эволюции военного искусства. Мы намечаем не ограничивать нашего исследования рубежом войны 1870 года, а довести его до наших дней, включив в него хотя бы первоначальный абрис изучения мировой и гражданской войн с точки зрения истории военного искусства.

Предшествовавшая наша работа не затрагивала вопросов об истории военного искусства в России, так как исходила из предположения, что параллельно будет вестись особая работа. В настоящем труде мы попытались пополнить этот недостаток и уделили, правда, небольшое количество страниц для оценки, с точки зрения всемирной истории, эволюции русского военного искусства. Эта тема заставила нас несколько остановиться и на монгольском военном искусстве Чингисхана и Тамерлана.

Клаузевиц, вследствие слабого развития в его эпоху исторической науки, предостерегал от экскурсий в далекое прошлое и привлекал внимание исключительно к войнам нового времени: «чем далее мы будем уходить в прошлое, тем военная история будет становиться более бедной и более тощей; затруднения в использовании ее поучений будут расти. Наиболее тощей и неприменимой должна быть история античных народов»[1].

Это совершенно устарелый взгляд для нашего времени, когда историческое знание стало более достоверным и дает гораздо более ценное освещение событиям «прошлого». Оружие истории усовершенствовалось и требует более внимательного к себе отношения. История античных, народов дает нам ныне очень ценные указания. Далекая перспектива, в которой мы изучаем развитие военного искусства классических Греции и Рима, позволяет нам особенно четко выделить основные линии эволюции. Мы можем указать на выдающегося военного мыслителя конца XIX века, Верди-дю-Вернуа, талантливого и верного ученика Клаузевица, творца прикладного метода, который в своих трудах по стратегии часто и охотно обращался к войнам самого отдаленного прошлого для анализа важнейших положений стратегии. Мы полагаем, что если все генеральные штабы оказались плохо подготовленными к размаху событий мировой войны, то это в значительной степени объясняется тем, что они замкнули свое мышление на исследовании войн Мольтке — узких национальных поединков на пятачке центральной Европы. А современные войны представляют мировой пожар, захватывающий многие континенты и выдвигающий военные интересы на далеких, часто заморских театрах. Мы полагаем, что современные условия требуют расширения нашего знакомства с войнами различных эпох, с походами Александра Македонского, Ганнибала, с тем искусством, которое выказал Цезарь в преодолении трудностей гражданской войны, с азиатскими и американскими войнами; Европа, после мировой войны, решительно перестает быть центром мироздания. Субъективно, мы были готовы в нашем новом труде еще более расширить и углубить исследование военного искусства в древнее века, развить главу о византийском военном искусстве, от которого русские кое-что заимствовали, дать очерк крестовых походов — так как громкие лозунги последних и присущий им характер интервенции будут характерны и для будущих войн. Но, объективно, нам пришлось от этого отказаться, так как знакомство с классическим и средневековым миром не составляет сильной стороны той аудитории, к которой мы обращаемся. Мышление современного поколения начинается с великого промышленного переворота XVIII века в Англии, великой французской революции. Дальнейшая историческая перспектива рисуется очень туманно. На серьезный контакт с читательской массой автор может рассчитывать лишь при изложении эволюции двух последних столетий.

Поэтому, перед нами явилась задача — сколь возможно сократить изложение той части нашего труда, которая освещает военное искусство классиков и средневековья. Приходится смотреть на нее, как на введение, имеющее весьма скромное самостоятельное значение и только подготовляющее мышление к изучению эволюции военного искусства в новую и, преимущественно, новейшую эпохи истории. Мы были вынуждены сократить в возможной степени очерк истории военного искусства в древние и средние века.

Основное — полководческое искусство Александра Македонского, Ганнибала, Цезаря, состояние военного искусства при натуральном хозяйстве средневековья, — мы сохранили, дальнейшие пожертвования были бы уже связаны с отказом от той всемирно-исторической точки зрения, которая делает столь ценным изучение эволюции военного искусства.