Эвакуация

Огромный посадочный ангар казался совсем пустым. Лишь в дальнем его отсеке зависли на гравиплатформах два межпланетных космолёта.

Мартин никак не мог привыкнуть к этому зрелищу, ему всегда казалось, что эти многотонные аппараты удерживаются в воздухе на тонких конструкциях трапов, которые могут в любой момент не выдержать водружённой на них тяжести, и громадные металлические машины с лязгом и грохотом обрушатся вниз.

— Гражданин, решайте быстрее. Старт через семнадцать минут. — Голос космодесантника за непрозрачным защитным стеклом гермошлема звучал глухо и безэмоционально.

— Сержант, Вы не понимаете… — в который раз уже повторил Мартин.

Десантник хлопнул обтянутой перчаткой ладонью где-то в районе виска, пластины защитного экрана разошлись в стороны, открыв молодое, измождённое лицо.

— Я прекрасно всё понимаю. Моя семья сейчас на Южном Континенте. Жена и две дочери. Они близнецы, им сейчас по четыре года. Возможно, сейчас, в эту самую минуту, она делает свой выбор. А Вам предстоит сделать свой. И никто не сможет принять решение за Вас. Вы знаете правила эвакуации. Один взрослый — один ребёнок.

Надвигающаяся катастрофа застала всех врасплох. Внезапно вышла из строя сложная система, обеспечивающая энергией всю планету. Мартин, будучи биологом, совсем не разбирался в том, как она работает и что именно произошло; да и, откровенно говоря, он никогда прежде не задумывался о том, откуда берутся тепло, вода и свет в его жилище, какая энергия обеспечивает работу его наручного коммуникатора и двигателя личного гравифлаера. Да и как всё это произошло, было сейчас совсем неважно.

Авария произошла вчера. Накопленной энергии хватит меньше чем на сутки — по каким то неизвестным Мартину техническим причинам невозможно ни сэкономить, ни растянуть этот скудный остаток. Временное отключение всех систем жизнеобеспечения — вещь сама по себе неприятная, но не страшная. Но терраформирование планеты было завершено совсем недавно, и если отключатся системы управления климатом, меньше чем через сутки планета станет тем, чем она была до прихода землян — куском холодного камня, вращающимся среди такой же холодной пустоты. Обо всём этом населению планеты поведала сегодня во всеобщем обращении председатель Планетарного Совета.

Скоростные космолёты уже унесли призыв о помощи ко всем близлежащим мирам — но до ближайшей из крупных земных колоний им надо добираться больше года. Ещё четыре года уйдёт на то, чтобы до их звёздной системы добрались огромные спасательные лайнеры.

Было принято решение о срочной эвакуации населения. Часть его планировалось разместить на большой орбитальной станции, занимавшейся терраформированием соседней, третьей планеты этой звёздной системы. Ещё часть людей могли принять четыре огромных космических завода в поясе астероидов, которые сейчас срочно готовились к приёму беженцев. Но жестокая правда состояла в том, что места для размещения всех колонистов будет недостаточно. Да и тем, кому удастся выбраться со стремительно гибнущей планеты, несколько долгих лет в ожидании помощи придётся жить, экономя каждый вдох и каждый глоток воды.

Спасательных кораблей с автономной системой энергообеспечения было немало, но ни один из них, в связи со скоротечностью катастрофы, не успеет сделать второй рейс, чтобы забрать оставшихся. У тех, кто будет оставлен на планете, нет ни малейших шансов на выживание.

Решение Совета было очень жёстким. Эвакуации подлежали только лица в возрасте от семнадцати до шестидесяти пяти лет — очень жестокое решение, поскольку средняя продолжительность жизни на планете составляла восемьдесят девять лет. Никаких личных вещей, кроме одежды и наручных коммуникаторов. Взрослые старше двадцати лет могли взять с собой одного ребёнка в возрасте до шестнадцати лет. Только одного. А детей у Мартина было двое. И это было проблемой.

Вообще, конечно, в семье Шурмановых детей было трое, но старшая дочь и жена находились в отъезде, на другом полушарии планеты. С Мартином осталось двое сыновей. И ему сейчас следовало выбрать.

— Решайте, кого из детей берёте с собой, а кого оставляете, — поторопил его десантник.

Мартин не готов был принять решение. Таяли секунды, отсчитывающие мгновения до конца, а он всё стоял, словно надеясь, что решение придёт само собой, что ему не придётся делать этот сложный и страшный выбор.