Это было под Ровно. Конец «осиного гнезда»

ЭТО БЫЛО ПОД РОВНО

КОНЕЦ «ОСИНОГО ГНЕЗДА»

Аннотация

В книгу вошли роман Героя Советского Союза, писателя Д. Н.

Медведева «Это было под Ровно» и повесть советского писателя Г. М.

Брянцева «Конец «осиного гнезда», рассказывающие о героической борьбе

советских людей с немецко-фашистскими захватчиками в тылу врага в

годы Великой Отечественной войны.

Дмитрий Медведев

ЭТО БЫЛО ПОД РОВНО

ОТ АВТОРА

Дорогие читатели! В этой книге нет вымысла. Я рас-

сказываю здесь о подлинных делах советских партизан, ко-

торые действовали в 1942-1944 годах в Ровенской области.

Нет в книге и вымышленных героев.

– Если после войны, – сказал мне как-то один из героев

этого повествования, Николай Иванович Кузнецов, – мы будем

рассказывать о том, что и как делали, этому едва ли поверят.

Да я бы и сам, пожалуй, не поверил, если б не был участником

этих дел.

Если и вам, читатели, кое-что покажется неправдо-

подобным, фантастическим, отгоните это сомнение. У со-

ветских людей находчивости, смелости и героизма не меньше, чем у сказочных героев.

Пусть славные дела ваших старших братьев и отцов по-

служат для вас примером служения родной советской отчиз-

не.

Д. Медведев.

РЕПЕТИЦИЯ

Ранним утром в апреле 1942 года на Тушинском аэродроме собралась группа будущих партизан. Сегодня все должны подняться на самолете и сделать первый пробный прыжок с парашютом. Кроме меня, никто ни разу в жизни с парашютом не прыгал. Я заметил, что многие волновались.

Иные заводили веселые разговоры, но беспокойные взгляды на поле аэродрома красноречиво говорили о душевном состоянии «весельчаков».

Я понимал, что это не трусость. Все эти люди добровольно пошли в партизаны и знали, каким опасностям они будут подвергаться там, в тылу врага. Из многих желающих попасть в отряд были отобраны лишь пятьдесят таких, которые наверняка не подведут, не струсят. Сейчас волновались все, но тот, кто впервые прыгал с парашютом, знает, что волнение при этом обязательно и законно.

Я посмотрел на часы – ждать еще целых тридцать минут. Неподалеку от меня сидел Александр Александрович

Лукин. Он был назначен в наш отряд начальником разведки. Лукину тоже, видно, было не по себе: он курил одну папиросу за другой.

– Александр Александрович! – нарочно громко, чтобы все слышали, обратился я к нему. – Что-то вы многовато курите? Неприятно все-таки прыгать с высоты, страшновато?

Лукин сразу понял, что этот разговор, явно интересующий всех, я завел умышленно.

– Да ведь что ж, Дмитрий Николаевич, страшно не страшно, а прыгнуть придется! – ответил он.

Все притихли, прислушиваясь к нашим словам.

Показалось удивительным: как это командир откровенно говорит, что боится прыжка! А я воспользовался установившейся тишиной и начал свой рассказ, рассчитывая на оставшиеся полчаса томительного ожидания:

– Вам всем, конечно, это в новость. Ну, а я старый парашютист. У меня сегодня будет третий прыжок. Первый раз я прыгал давным-давно, в 1907 году, когда о парашютном спорте и слуху не было. Жил я тогда в Белоруссии, в большом рабочем поселке Бежице. В праздничный день

Николы мой отец был именинником и позвал к себе гостей.

Гости все пожилые люди, ну и, конечно, мне, восьмилетнему мальчишке, было с ними скучно. Я воспользовался суматохой в доме, стащил у отца табачку, взял селедку, отрезал кусок именинного пирога и с этими гостинцами отправился в гости к сторожу пожарной каланчи, которая стояла рядом с нашим домом.

Сторож, старик Гаврилыч, был моим давним приятелем. Я до смерти любил слушать его рассказы о всяких былях и небылицах и частенько коротал с ним время на пожарной каланче, откуда поселок наш был виден как на ладошке.