Если ты человек

Марина НАУМОВА

ЕСЛИ ТЫ ЧЕЛОВЕК...

Шел дождь, надоедливый, как помехи в радиоприемнике. "Дворники" время от времени стряхивали с лобового стекла рябь капель, но дождинки тут же налипали снова, сливались в водяные дорожки, и казалось, что это оживало само стекло, грозясь сползти на капот вместе с холодными струйками. Радио со скрипом и треском пело о счастливой любви, и песня не вписывалась в мокрый пейзаж. Серела, сплетая деревья в единое целое, лесозащитная полоса. Местами ее прорывали раздавшиеся бока полей, такие же серые и унылые. Веером брызг разлетались попавшие под колеса лужи. Дождь шел. Радио пело. Счастливая любовь... разве что лишь она могла отвлечь от серой дождливой тоски, надсадно бьющейся в окна.

Мужчине, сидевшему за рулем, было чуть больше тридцати. Он был почти красив и кое-чего в жизни уже добился. Правда, за этот минимум, дающий возможность не опасаться за завтрашний день, пришлось заплатить свободным временем, которого не хватало для устройства личной жизни. Короткие воскресные вечера и не слишком долгие отпуска дарили иногда случайные знакомства, но ни одно из них не стало достаточно серьезным - опять-таки из-за нехватки времени. Постепенно одиночество стало частью привычного для него порядка, и Альберту все менее хотелось его нарушать. Порядок, одиночество, порядок... Лишь смутное опасение, что в жизни можно потерять нечто ценное, предназначенное только ему, заставляло продолжать поиск. Последнее знакомство, непрочное, как все курортные романы, прошумело и ушло в небытие всего пару дней назад. Теперь Альберт возвращался домой. Огорчения он не испытывал - закономерные финалы не вызывают эмоций.

Дождь шел. Изредка навстречу выплывали светящиеся круги фар. На притаившийся у обочины черный автомобиль Альберт, скорее всего, не обратил бы внимания, если бы на дорогу не выскочила женщина в желто-зеленом "ядовитом" платье - этот цвет недавно вошел в моду. "Похоже, приключения этого сезона не кончились", - равнодушно подумал Альберт, нажимая на тормоз. Через секунду обладательница "ядовитого" платья вынырнула из дождя возле его окна. Привычным взглядом Альберт окинул ее фигуру - посмотреть было на что. Разглядеть лицо оказалось сложней - ко лбу и щекам прилипли мокрые черные волосы; мешал и дождь.

Было в этой молодой женщине что-то неуловимо загадочное. Что именно, Альберт не знал: она произносила самые обычные слова, а для того, чтобы судить о манерах, нескольких секунд явно не хватало. Тем не менее, такое ощущение оставалось и еще больше усилилось, когда Альберт вышел посмотреть, что случилось с мотором ее машины. Марку автомобиля незнакомки он определить не смог, зато поломка была очевидной - Альберта даже удивила несколько неконкретная формулировка: "что-то произошло". "Да не угнала ли она машину?" - мелькнула у него мысль.

Незнакомка, полуотвернувшись, стояла рядом.

- У вас шатун полетел, - сказал Альберт. - Можете посмотреть. Я помочь ничем не могу.

- Мне неприятно, - медленно произнесла она, явно думая о своем.

- Что именно?

- Неприятно смотреть на его внутренности, - тихо и четко произнесла незнакомка.

Альберт не сразу понял, что она имеет в виду. "Может, она иностранка и плохо знает язык?" - решил он и переспросил:

- Внутренности?

- Да, внутренности, - ответила незнакомка, и Альберт наконец догадался, что речь идет о "внутренностях" автомобиля. Местоимение "его" звучало, как относящееся к человеку.

- "Значит-таки не угнала", - подумалось снова.

- Может, вас подвезти? - предложил Альберт, поеживаясь от холода.

- Нет, спасибо.

- Я себе не прощу, если оставлю вас на дороге, - заявил Альберт, распахивая дверцу своей "Волги".

- Я останусь здесь. Спасибо, - тем же холодным тоном отозвалась женщина.

- Вы же здесь не будете ночевать? Садитесь ко мне. Беру вас на буксир.

Она молча подошла к "Волге" и села на переднее сиденье. Мысленно проклиная дождь и холод. Альберт полез в багажник за тросом и внезапно почувствовал чей-то взгляд. Ощущение было неприятным. Незнакомка сидела к нему спиной, однако странное ощущение чужого, невероятно чужого взгляда, не покидало его все время, пока он возился с тросом.

...Она сидела мокрая, растрепанная и смотрела куда-то вперед, в глубь дождя. Альберт устроился за рулем. Его слегка знобило, хотя промок он гораздо меньше попутчицы.

- Ну и погода, - для того, чтобы начать разговор, произнес он. - Не скажешь, что сентябрь.

- Да, - бесцветно отозвалась она, всматриваясь в дождь. В сумерках ее лицо казалось неестественно бледным, удивительно яркий цвет платья усиливал это впечатление. Альберт включил зажигание. Его глаза невольно снова и снова возвращались к голым коленям незнакомки. Молча пялиться было глупо и не очень прилично, но разговор никак не клеился.

- Я довезу вас до ближайшего кемпинга... и, раз уж мы едем вместе, не лучше ли нам представиться друг другу? Я - Альберт, или Алик, если вам так проще.

- Карина.

- Интересное имя... В честь этого... Карского моря? Что-то я слышал...

- Нет.

- Что - "нет"?