Ещё Thraco-Tyrrhenica (эгеофракийское обозначение коня и этрусский вотив Selvanzl Enizpetla)

В начале 90-х соросовское «Открытое общество» затеяло забавный конкурс научных заявок – не проектов-грантополучателей, а формулируемых задумок как таковых – с наградою победителям в 100 долларов. Тогда я впервые написал о характерных фракизмах в ономастике этрусков, в частности фракизмах, отмеченных сатемными рефлексами индоевропейских палатальных смычных. Память озаряется солнечным теплейшим вечером, когда, разменяв соросовские залетные баксы, я ублаготворенно покупаю с лотка возле метро «Октябрьская» томики собираемых мною «Мастеров остросюжетной мистики». Позднее мне довелось узнать, что отзыв на ту заявку – мною заброшенную больше, чем на десятилетие и реализованную уже в начале нового века, - отзыв, преисполненный острого интереса к теме и непривычно лестных слов об авторе как лингвисте и античнике, принадлежал В.Н.Топорову. Это воспоминание – повод посвятить памяти Владимира Николаевича новый фрако-этрусский этюд, уже не успевший попасть к нему в руки.

В моем докладе на Балканских чтениях 2001 г., позднее переработанном в статью [Цымбурский 2003], я обсуждал - среди иных фрако-этрусских соответствий - тождество основы этрусских родовых имен Ezpa, Ezpu и фракийских личных имен Ἔζβας (греческий род. падеж Ἐζβεω) также Ἐζβενις, вар. Ἐσβενις, Esbenus, Hezbenus, объясняемой для фракийского как рефлекс и.-е. *ek’wos «конь» (лат. equus, др.-инд. açva, лит. ašvà, лув. иерогл. aśuwa, лик. esbe и т.д. )[1].

В нынешней же работе я хочу показать, что еще одно диалектное отражение того же индоевропейского слова во Фракии также находит соответствие в Этрурии. Я говорю об известном элементе –ισβος, -ισβη, представленном во фракийском гидрониме Ἄρισβος, названии одного из притоков Гебра, также в Ἀρίσβη: названии городов в Троаде, на Лесбосе и – вторично, в греческой Беотии (Strab.XIII,I,21; Suid. s.v.)[2]. Сперва А.Хойбек, а за ним Л.А.Гиндин соотнесли этот элемент со второй частью южноанатолийских личных имен исавр. Δορμ-ισβας, килик. Δορμ-ισπας, писид. Μασναν-ισβας, памф. Μαγασ-ιΨϜας (= isswas), усмотрев здесь название «лошади», вариантное к лув. иерогл. aśuwa и лик. esbe [Heubeck, 1962,88; Гиндин, 1967, 145 сл.]. При этом Хойбек, блестяще объяснив Μασναν-ισβας, с лув. mašana «бог» в его начальной части, как аналог греч. Ποσείδ-ιππος, в смысле «Конь Божества», «Божественный Конь», усматривал в элементе Ar- из названия троянской Арисбы либо также отсылку к некоему малоазийскому теониму, либо эпитет, эквивалентный εὐ- в греч. εὔιππος (ср. хетт. ara «хорошо», «должно», греч. ἀρείων «лучший», ἄριστος «наилучший», личное имя Ἀρίστ-ιππος «владелец наилучших коней»). Надо сказать, последнее объяснение весьма подходит к фракийскому гидрониму Ἄρισβος, попадающему в один ряд с приводимыми В.Н.Топоровым многочисленными «гиппофорными» речными названиями у индо-европейцев: др.-инд. Açva-nadĩ, греч. Ἵππο-κρήνη, Ἵππο-κίων, Ἵππαριω , лит. Ašvinė, Ašvà, Ašvijà и т.д. [Toporov 1990,53].

Что же касается названия троянской Арисбы, то косвенным подкреплением такой этимологии мог бы служить пассаж из «Илиады» П, 838-839, где троянского героя Асия Гиртакида «приносят из Арисбы кони блещущие, огромные» (Ἄσιος Ὑρτακίδης, ὃν Ἀρίσβηθεν φέρον ἵπποι αἴθωνες μεγάλοι...). Имя Ἄσιος < Aswios (ср. мик. a-si-wi-jo- в Kn Df 1469, PY Cn 285, MY Au 653 и a-64 –jo, то есть a-swi-jo в Kn Sc 261, PY Cn 1287, Fn 324), так же, как обозначение части анатолийского запада Ἀσίη < анат. *Αsw-ia, хетт. Αššuwa < * Ass(u)w-uwa «Конная страна», явно содержало в основе лувийское слово для «лошади» as(s)uwa- [Durnford 1977, 53; Иванов 1977, 14] Между тем Ἀρίσβη – название для владения конника Асия – может отражать не общелувийский, но некий локальный вариант того же термина с сужением начального гласного [Гиндин-Цымбурский 1996, 193].

К формам, рассмотренным Хойбеком и Гиндиным, можно бы, с должной осторожностью, присоединить аркадский топоним Ἐνίσπη, упоминаемый в «Каталоге кораблей» (Il. П,606 ἠνεμοέσσαν Ἐνίσπην), а позднее представлявший подлинную загадку для античных географов (Strab. VIII, 8,2; Paus.VIII, 25,12). Очевидно, что этот топоним никак не связан с греч. ἐνίσπω = ἐν(ν)έπω «повествовать, звать, велеть». Но, на мой взгляд, здесь необязательно предполагать и догреческое субстратное образование на Пелопоннесе – с неменьшей вероятностью имя Эниспы могло быть принесено самими греками на юг из северных областей Балкан, так же как они могли принести, где-то усвоив его, и негреческое название Арисбы в Беотию.