Эмпиризм и субъективность. Критическая философия Канта. Бергсонизм. Спиноза (сборник)

Annotation

В предлагаемой вниманию читателей книге представлены три историко-философских произведения крупнейшего философа XX века — Жиля Делеза (1925–1995). Делез снискал себе славу виртуозного интерпретатора и деконструктора текстов, составляющих «золотой фонд» мировой философии. Но такие интерпретации интересны не только своей оригинальностью и самобытностью. Они помогают глубже проникнуть в весьма непростой понятийный аппарат философствования самого Делеза, а также полнее ощутить то, что Лиотар в свое время назвал «состоянием постмодерна». Книга рассчитана на философов, культурологов, преподавателей вузов, студентов и аспирантов, специализирующихся в области общественных наук, а также всех интересующихся современной философской мыслью.

http://fb2.traumlibrary.net

Жиль Делез

Эмпиризм и субъективность: опыт о человеческой природе по Юму

Глава I. Проблема познания и проблема морали

Глава II. Мир культуры и общие правила

Глава III. Сила воображения в этике и познании

Глава IV. Бог и мир

Глава V. Эмпиризм и субъективность

Глава VI. Принципы человеческой природы

Заключение. Преднамеренность[4]

Критическая философия Канта: учение о способностях

Введение. Трансцендентальный метод

Глава I. Связь способностей в Критике Чистого Разума

Глава II. Связь способностей в Критике Практического Разума

Глава III. Связь способностей в Критике Способности Суждения

Заключение. Цели разума

Бергсонизм

Глава I. Интуиция как метод

Глава II. Длительность как непосредственное данное

Глава III. Память как виртуальное сосуществование

Глава IV. Одна или несколько длительностей?

Глава V. Жизненный порыв как движение дифференциации

Спиноза

Жизнь

Философия

Свод наиболее важных понятий «Этики»

Библиография

Выдержки из произведений Спинозы

Я.И. Свирский. Послесловие. Философствовать посреди…

Приглашение к диалогу

Историко-философские экспериментами

«Я всегда чувствовал, что я — эмпирик…», или посреди Юма

Посреди Канта

Чистое становление, или посреди Бергсона

План имманенции, или посреди Спинозы

Заключение: диалог или беседа?

Комментарии

Выходные данные

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

Спасибо, что скачали книгу в бесплатной электронной библиотеке Royallib.ru

Все книги автора

Эта же книга в других форматах

Приятного чтения!

Жиль Делез

Эмпиризм и субъективность (сборник)

Эмпиризм и субъективность: опыт о человеческой природе по Юму

Глава I. Проблема познания и проблема морали

Юм предполагает создать науку о человеке. В чем же суть его фундаментального проекта? Выбор всегда определяется тем, что он исключает, исторический проект — это логическое замещение. Что же касается Юма, то тут речь идет о замещении психологии души [esprit]^[1] психологией привязанностей [affections] души. Психология души невозможна, ее нельзя учредить, поскольку она не в состоянии обнаружить в собственном объекте необходимых постоянства и всеобщности; одна лишь психология привязанностей сможет установить подлинную науку о человеке.

В этом смысле Юм прежде всего — моралист и социолог, а потом уже психолог: Трактат [о человеческой природе] показывает, что те две формы, под которыми душа подвергается воздействию [affecte], по существу являются аффективной [passional] и социальной формами. Эти две формы подразумевают друг друга, удостоверяя единство объекта аутентичной науки. С одной стороны, общество требует и ожидает от каждого из своих членов выполнения постоянных ответных действий, оно требует наличия аффектов [passions]^[2], способных производить мотивы и цели, а также наличия коллективных или частных свойств. «Государь, налагающий подать на своих подданных, ожидает подчинения с их стороны».¹ Но с другой стороны, аффекты подразумевают общество в качестве косвенного средства для своего удовлетворения.² Наконец, — в истории — согласованность аффективного и социального раскрывается как внутреннее единство: история в качестве собственного объекта имеет политические организации и институты, она изучает отношения между мотивом и действием в самых разных обстоятельствах, а также манифестирует единообразие человеческих аффектов. Короче, выбор психолога мог бы быть выражен следующим парадоксальным образом: чтобы быть психологом, нужно быть моралистом, социологом или историком прежде, чем быть психологом. Тут содержание проекта науки о человеке воссоединяется с тем условием, которое делает возможным познание вообще: надушу должно оказываться воздействие, она должна аффектироваться. Сама по себе и в себе душа не является природой; она — не объект науки. Значит, проблема, которая будет занимать Юма, такова: как же душа становится человеческой природой?