Елочка, гори!

Мне нравится, как мы ставим елку. Происходит это регулярно — перед каждым Новым годом, и столь же регулярно это не обходится без происшествий. В этот раз все началось как обычно: сын принес искусственное дерево из кладовки и поставил на привычное место, то есть между синтезатором и шкафом, после чего стало проблемно играть на одном и открывать второй.

Елка простояла в этой шеренге — стол, синтезатор, шкаф — целых полчаса и перекочевала к противоположной стене, ближе к книжным стеллажам и рабочему месту дочери, пока она не снесла ее своим креслом на полметра ближе к двери. Удобно — заходишь в зал и сразу спотыкаешься о Новый год и его настроение, заодно зарабатывая себе нервный тик. После этого елка и синтезатор таинственно поменялись местами.

Но мне расстановка сил все равно не понравилась, и на следующий день я засучила рукава: передвинула диван, втиснув между ним и столом тумбу, и взялась за пыль. На шум и скрежет вдоль стен сконденсировались котики и собака. Пока я ползала по полкам и шкафам с тряпками, они сидели тихо, не подавая признаков жизни. Но когда я открыла коробку с игрушками и мишурой и начала в ней рыться в поисках гирлянды, котики мигом сменили место дислокации на более зрелищное, а собака ушла от греха подальше.

Гирлянды…. Где? Все правильно — мое проклятие все еще в действии, поэтому никаких гирлянд и мишуры я не нашла, кроме обрывков, всегда лежащих под елкой. Выбросить — жаба давит, тем более что под блестящим мусором всегда можно найти новогодний сюрприз и котов. Причем Кристоф любит изображать Деда Мороза после праздника, Клякса — фигуристую Снегурочку, а Тема все подряд вплоть до елочных игрушек на ветках.

Особенно мне нравятся косые глаза кота, загадочно поблескивающие среди огоньков где-нибудь ближе к верхушке, а пять кило так и клонят ствол к полу. Именно благодаря этому трио мы каждый год докупаем шары взамен разбитых, гирлянды взамен съеденных и мишуру, которую они очень любят рвать, а елочка приобрела слегка помято-пожеванный вид. Вообще это нормальное явление — елка на полу и ее внутренности, пардон, наружности, растянутые по всему залу. И ни одного хулигана рядом. Но крыски дочери — народ наблюдательный, жизнь обязывает как-никак — дружно тычут лапками в нужном направлении, выдавая вредителей с потрохами. Елка возвращается в исходное состояние и все начинается сначала до следующего раза.

Но сегодня все оказалось интереснее — в коробке кроме игрушек и обрывков ничего не было. Полный обыск шкафов и обеих кладовок в течение дня постепенно становится похож на боевые действия, немного утешая к вечеру — кое-что нашлось, но десять метров гирлянды, обмотанной золотистой новенькой мишурой, как в воду канули. И где груда шаров со стен? Целая коробка. Повторный вояж по темным углам ничего не дал — пришлось отправляться в одинокий вояж по магазинам.

Те гирлянды, что были там, мне не нравились, и я тяжело вздыхала и шла дальше. Сын периодически давал советы (во избежание несчастных случаев — по телефону) куда мне еще надо зайти.

А что, прекрасная предновогодняя прогулка по тридцатиградусному морозцу бодрит поэтому вполне закономерно, что откуда-то из глубин подсознания всплывает мысль, что надо бы засветить фонарики тому, кто все прибирал. Воображение включилось без разгона, нарисовав, как под тяжестью почти двухметрового оболтуса новогоднее деревце скорбно клонится… клонится … клонится…. Лучше Тёпсик.

Как всегда искомое нашлось в самом последнем магазине, который был ближе всех к дому, и я с чистой совестью приступила к священнодействию. К этому времени домочадцы шустро разбежались по делам, оставив меня в компании совета «НЕ ВЕШАТЬ ДОЖДИК НА ЕЛКУ!!!».

Тишина, одиночество и настроение, скорбное повесившее нос — это именно то, что надо в данном случае. Естественно, я обиделась и, естественно, захотела отомстить. Коты терпеливо ждали начала войны, но я подло закрыла коробку с обрывками мишуры, врубила музыку, и, грозно потрясая гирляндой, подступила к символу торжества. Значит — так? Значит — бросили? Прекрасно!

Елка выровнена, все накручено и подсоединено как надо, коты не путались под ногами и ничего не утаскивали. И тут мой взгляд упал на окно дочери. Ну, что, изобразим заход номер четыре? Ха! Месть моя будет сладка и приятна!

Сначала я приколола гирлянду. Сразу выскочили крыски проверить, что я тут такое делаю. «Ничего не делаю, обломайтесь», — ответила я и быстро передвинула все подальше от клетки, не забыв пришпилить булавками к раме. Удобно, когда она обклеена обоями. А вот народ в клетке огорчился, когда не смог дотянуться. Ну, что сказать — не судьба, милые, не судьба. Люблю делать мерзости, пусть даже и такие мелкие — настроение сразу бодро пошло на поправку.