Ёлка для мамонтёнка

Мамонтёнок был самым счастливым мамонтёнком на свете! Он держал Маму-Слониху за хвост и семенил за ней на своих мохнатых ножках. Чтобы Мамонтёнок не отставал, Мама-Слониха специально шла медленно и часто останавливалась у банановых пальм. Длинным хоботом она срывала спелые жёлтые плоды и передавала их Мамонтёнку, а тот вместе с лакомством получал ещё и небольшую передышку.

Мама-Слониха и Мамонтёнок шли к водопою. Они делали это часто – чаще, чем остальные слоны, потому что Мамонтёнку было очень жарко в своей толстой шубке. Только прохладная вода спасала Мамонтёнка от африканского зноя, и он готов был безвылазно сидеть в ней часами.

Они уже почти пришли: в воздухе чувствовалась речная свежесть. Настроение у Мамонтёнка поднялось ещё больше, и он обратился с вопросом, который, если б не вкуснейшие мамины бананы, задал бы ещё в начале их пути. Всё-таки говорить с набитым ртом не только некрасиво, но и неудобно.

– Мама, а когда мы будем встречать Новый Год?

– Новый что? – не поняла Мама-Слониха.

– Ну, Новый Год. Праздник!

– Если ты говоришь про Праздник Большой Воды, когда засуху сменяют дожди, то он уже прошёл. Поэтому наша река снова стала полноводной и в самом глубоком месте может скрыть тебя с головой!

– Я знаю про этот праздник, мама, но я говорю про Новый Год. Со снегом и ёлкой!

– Со снегом? А что такое снег?

– Ты не знаешь, что такое снег?

– Нет, сынок. В Африке нет снега. Какой он?

Мамонтёнок на миг задумался. Он вспомнил тот далёкий и холодный край, где появился на свет, вспомнил белоснежные поля под ослепительным, но совсем не жарким солнцем, вспомнил как идёт пар изо рта и как трещат на морозе ёлки. Да, снега и ёлок там было столько, что Новый Год можно было праздновать хоть каждый день! Мамонтёнок ещё немного подумал и принялся торопливо рассказывать маме про снег.

– Понимаешь, он всегда белый! В первых сугробах снег лёгкий и пушистый. Потом на морозе он становится скрипучим и твёрдым, как кора у пальмы. А если дует сильный ветер, то снег такой колючий и противный, что от него хочется спрятаться под первой же ёлкой, под её широкими нижними лапами!

– Пушистый, твёрдый, колючий и всегда белый? – уточнила озадаченная Мама-Слониха.

– Ну да, снег – он такой! – подтвердил Мамонтёнок.

– Хорошо… А ёлка – это такой зверь с большими лапами?

– Да нет же! – Мамонтёнок даже немного обиделся, что мама не знает таких простых вещей. – Елка – это дерево.

– Дерево?! Тоже пушистое, твёрдое, колючее и белое? – неуверенно предположила Мама-Слониха.

– Ты почти угадала! – Мамонтёнок не смог удержаться от смеха. – Только ёлка зелёная, и вместо листьев у неё иголки… Там, на севере, когда мне было совсем голодно, я даже жевал эти еловые ветки. Они сильно пахли, были горькие и кололи язык, но зато они помогали мне справиться с простудой!

– Бедный мой малыш! – Мама-Слониха хоботом погладила Мамонтёнка и легонько подтолкнула его в сторону показавшейся реки. – Беги купаться! А пока я подумаю про твой Новый Год.

– Ура! Только Новый Год, мама, он не мой, он для всех, он… – и слова Мамонтёнка заглушил шум от плеска воды, который он сам же и поднял…

Солнце уже клонилось к закату, когда Мама-Слониха и Мамонтёнок вернулись домой, в слоновье стадо. Мамонтёнок во время купания потратил много сил и очень проголодался, поэтому на обратном пути он не задавал больше вопросов про Новый Год, а только ел, ел и ел бананы и сочные листья, которые Мама-Слониха срывала для него с высоты.

На слоновьей поляне Мамонтёнок лёг рядом со своим любимым кустом и тут же уснул. Ему стал сниться сон, в котором зелёные почему-то снежинки кружились вокруг ледяной ёлки. Снежинки эти то собирались в зелёный хоровод, то скатывались по еловым лапам, как с горок, и их движение не прерывалось ни на миг.

Мама-Слониха ещё немного постояла над сопящим мохнатым «холмиком», пока не убедилась, что Мамонтёнок уже крепко спит. Она и сама бы сейчас с удовольствием легла рядом, но спать ей было нельзя. У Мамы-Слонихи оставалось одно неотложное дело, поэтому она попросила взрослых слоних присмотреть за Мамонтёнком, а сама ушла с поляны в темноту джунглей.

А на окраине джунглей в дупле старого могучего баобаба жил Дедушка-Питон, такой же старый как и его дом. Мама-Слониха шла за советом к нему, потому что все звери в Африке знали, что Дедушке-Питону известно про всё-всё-всё на свете!

У старого баобаба Мама-Слониха остановилась, чтобы собраться с мыслями и вспомнить то, что Мамонтёнок говорил про Новый Год. Потом она встала перед дуплом, осторожно постучала хоботом по стволу и позвала: «Дедушка-Питон, а Дедушка-Питон!» Но на зов её никто не откликнулся. Тогда Мама-Слониха повторила снова, только погромче. Из глубины баобаба донеслось шуршание, и в дупле загорелись два жёлтых глаза!

– Кого это принесло на ночь глядя? – прошипел Дедушка-Питон, недовольный тем, что его разбудили.

– Это я, Мама-Слониха. Мне совет твой нужен, Дедушка-Питон!