Эльф, инкуб и попаданка

Сон, что снился мне сегодня, определенно был самым чудесным за последние несколько лет. И пусть это были лишь ощущения и, по большей части, эмоции, все равно, я уже была счастлива и этим.

Нет, начиналось все стандартно: привычно закрыла глаза и, слушая тихий бубнеж ведущего каких-то новостей, заставила себя уснуть, чтобы не видеть очередных жертв автокатастроф, мелькавших на экране. Засыпать по приказу собственного мозга я натренировалась за прошедшие пару лет до автоматизма. Больше все равно было нечем заняться.

Запахи, нежный перелив свежей листвы, солнечный свет, огромное чувство облегчения и умиротворения пришли позже. Я даже сама не поняла когда. Вот я еще лежу, не в силах двинуть ни одной частью тела, парализованная, а вот чувствую, как на меня снисходит какая-то бешеная энергия, и она же растекается приятной истомой по моему искалеченному телу, рождая в кончиках пальцев нежную щекотку, пусть и чуть болезненную.

Улыбнулась, насколько это вообще можно в моем состоянии, и пожелала, чтобы этот сон никогда не заканчивался. Пусть это будет лишь очередной дурман наркотика, что ежедневно вливают в мои вены последние несколько месяцев, пусть это будет кома, смерть, что угодно, но не снова то опустошающее чувство беспомощности и собственной никчемности.

Это произошло всего-то пару лет назад, а кажется, что вечность… У меня было все, о чем только можно мечтать – любящий муж, дети, любимая работа, приносившая немалый доход, и скоро должны были появиться очередные внуки от младшего из сыновей. Я собиралась выйти на пенсию, поселиться с мужем на даче, выращивать цветы и забирать на лето нянчить малышню. Но…

Это была страшная авария. Меня буквально собирали по кусочкам, отскребая от асфальта. Затем долгие годы лечения, восстановления и… полный паралич.

Конечно, муж и дети иногда забегали ко мне, но эта вечная круговерть современного мира… Мне уже не было места в их жизнях. Из-за постоянных капельниц, уколов и различного рода препаратов, поддерживавших работу внутренних органов, меня нельзя было забрать домой, а больница… это не то место, куда стремится каждый человек после тяжелого дня работы.

Муж как-то быстро сдал, т'aя прямо на глазах от случившегося со мной. На похоронах я, естественно, не была. Дети учились жить дальше и о больной матери вспоминали все реже. Я не могла их винить. Но… смысл моего существования все же постепенно ускользал.

После бешеного темпа жизни, многодневных походов с мужем каждый месяц, кучи посещенных стран, приключений и авралов на работе – мерное падение лекарства в капельнице просто убивало. Пусть у меня и была комфортабельная палата, пятиразовое питание и личная сиделка, читавшая любимые книги, но… Я даже не могла сказать о том, чтобы просто переключили канал телевизора или хотя бы вырубили это адское устройство!

Так я и осталась лежать на высоких подушках. Парализованная. Бессловесная, но в ясном сознании. Единственной отдушиной были сны – яркие, красочные, всегда представлявшие меня в здоровом теле, но такие короткие и поблекшие со временем. Я определенно забывала, как это – жить, любить, ходить, петь, говорить и просто есть самостоятельно!

Но сегодняшний сон все же был таким ярким, насыщенным, что я отчаянно боялась проснуться. Кажется, лежала на каком-то твердом камне или чем-то подобном, ощущая, как в спину впиваются крохотные острые концы мелких соринок. И уже эта чувствительность была счастьем и благом. Сознание, похоже, вновь дало мне все то, что когда-то исчезло – я чувствовала не просто боль от неудобной подстилки, а вообще все! Все тело!

А запахи… это определенно было что-то цветущее! И легкий ветерок на коже… так приятно! Как давно я не была на улице!

Я лежала и лежала, не в силах заставить себя открыть глаза или пошевелиться, лишь бы не развеять этот чудесный сон и не вернуться вновь в унылую реальность. И, может быть, пролежала бы так еще долго, хоть целую вечность, если бы кто-то рядом вдруг возмущенно не вопросил глубоким, бархатным мужским голосом, от которого у меня сразу же рассыпались мурашки по всему телу, а в низу живота неожиданно как-то потяжелело и стало жарко…

– Слушай, жрец, а ты уверен, что она вообще живая?

Мозг попытался соотнести этот голос хоть с одним из слышанных мной ранее у врачей, но неожиданно запнулся о слово «жрец». Меня что, продали живьем в какую-то секту и теперь ритуально зарежут?!

Впрочем, чем не эпичное завершение жизни?! Все лучше, чем лежать овощем и пялиться в потолок. Будет хоть какое-то приключение в моем никчемном существовании напоследок. Я согласная!

Но сначала хотелось все же получше рассмотреть обладателя этого сексуального голоса. Если уж помирать, так со всеми почестями, хоть раз перед смертью увидев рядом с собой не безликого врача, а настоящего мужчину. Мужа-то все равно не стало, он точно в обиде не будет.