Элессар

Жил в Гондолине мастер, кузнец и ювелир, по имени Энердил. Не было его искусней среди Нольдора со смерти Феанора. Больше всего он любил создания Яванны, растения, и величайшей радостью для него было смотреть, как солнечный свет пробивается через кроны деревьев. Так в сердце его родилось желание создать драгоценный камень, в котором был бы заключен солнечный свет, но который был бы зелен, как молодая листва. Он сумел воплотить свою мечту, и даже нольдоры дивились его творению. Говорят, что тот, кто смотрел сквозь этот камень, видел все увядшее или погибшее заново возрожденным, как в дни юности, и что руки державшего его приносили исцеление от боли всему, к чему бы они не прикасались.

Этот камень Энердил принес в дар Идриль, дочери Короля, и она носила его на груди. Идриль взяла его с собой после падения Гондолина, и перед тем, как отошел ее корабль, передала своему сыну Эарендилу, со словами:

— Элессар, я оставляю его тебе, ибо велики раны Средиземья, и он может помочь тебе исцелить их. Только тебе позволяю я владеть им.

В Гавани Сириона для целителя и вправду было много дел, и среди людей, и среди эльфов, и среди животных, что бежали сюда от ужаса с Севера. И пока Эарендил жил там, все раны были залечены, и леса вокруг были зелены и прекрасны. Но когда Эарендил жил там, все раны были залечены, и леса вокруг были зелены и прекрасны. Но когда Эарендил уходил в свой великий поход за Море, он взял Элессар с собой, потому что во всех поисках его никогда не оставляла надежда, что он, быть может, еще встретит Идриль снова — ведь первым воспоминанием в жизни для него был зеленый камень на груди его матери, певшей возле его колыбели в дни расцвета Гондолина. Так и случилось, что навеки покидая Средиземье, Эарендил унес Элессар с собой.

Однако, позже Элессар снова появился в Средиземье. Две разные легенды говорят о нем, но правду знали только Мудрые, навсегда ушедшие на Запад. Некоторые говорят, что второй Элессар — это тот самый камень, созданный Энердилом, и возвращенный по воле Валар; что Олорин (известный в Средиземье как Митрандир) принес его с собой с Запада. В свое время Олорин пришел к Галадриэли, жившей тогда под сенью Великого Зеленолесья note 1 долго говорил с ней. Годы изгнания тяжким грузом легли на плечи Леди Нольдора и она желала знать все новости о своих родичах, ибо ей еще не позволено было покинуть Средиземье. Когда Олорин ответил на ее вопросы, она вздохнула и прошептала:

— Я тоскую в Средиземье. Листья здесь опадают, цветы увядают и сердце мое томится, ибо жива еще в нем память о не умирающих деревьях и травах моего дома.

— А Элессар смягчил бы твою печаль? — спросил тогда Олорин.

— Где теперь камень Эарендила? — покачала головой Галадриэль. — И Энердил, создатель его, давно покинул мир.

— Кто знает? — возразил Олорин.

— Это так, — сказала Галадриэль, — они ушли за Море, как и все прекрасное, что у нас было. Неужели Средиземье теперь должно увянуть и постепенно умереть?

— Такова его судьба, — заметил Олорин. — Но это не обязательно случится скоро, и если Элессар вернется, то это можно изменить к лучшему. Ненадолго, пока не настанет Время Людей.

— Если… но как это может случиться?.. — произнесла Галадриэль.

— Ведь Валары теперь недосягаемы, заботы Средиземья не трогают их и на всех живущих здесь пала тень.

— Это неправда. Взор их не затуманен, а сердца не зачерствели. И в доказательство — вот, взгляни! — и к изумлению Галадриэли он поднял ладонь, на которой лежал Элессар.

— Я принес это тебе от Яванны, — сказал Олорин. — Используй его как сможешь, и на какое-то время он сделает землю, где ты живешь, чудеснейшим местом Средиземья. Но не навсегда вручаю я его тебе. Когда придет время, ты передашь его. Ибо прежде чем ты устанешь от Средиземья и покинешь его, придет тот, кому он будет принадлежать, и именем его будет имя этого камня: Элессар.

Другая же легенда рассказывает так: давным-давно, в те времена, когда Саурон еще не обманул кузнецов Эрегиона note 2, Галадриэль пришла туда, и сказала главе эльфийских кузнецов Келебримбору:

— Мне тяжело в Средиземье, ведь листья здесь опадают, а цветы, что я любила увядают, и вся моя земля полна печали, которую не излечит никакая весна.

— Как же иначе может быть для Эльдара, пока он остается в Средиземье?

— ответил Келебримбор.

— Так что же, ты уйдешь за Море?

— Нет, — сказала она. — Ангрод ушел, и Аэгнор ушел, а Фелагунда больше нет. Я последняя из детей Финарфина. Но гордость еще жива в сердце моем. В чем вина золотого дома Финарфина, почему должна я просить прощенья у Валар или довольствоваться жизнью на острове посреди моря, я, чья родина

— Аман Благословенный! Здесь я могущественней.

— Что же тогда? — спросил Келебримбор.

— Я желала бы жить среди не умирающих деревьев и трав здесь, в своей земле, — ответила она. — Что стало с мастерством Эльдаров?

— Где теперь камень Эарендила? — вздохнул Келебримбор. — И Энердил, создавший его, покинул мир.