Элегия забытых богов

Дивные деревья огромного парка были полностью затянуты сетью иллюминации. Мириады разноцветных светлячков кружили в напоенном запахом тысяч цветов вечернем воздухе, создавая сказочные картины и объёмные иллюзии. Волшебная музыка ненавязчиво перекрывала гул голосов приглашённых гостей. Только вот самих гостей видно не было. Ни в парке, ни на площадке перед ступенями дворца, ни в холле. У входа единственную гостью встречал сам хозяин всего этого великолепия.

– Ротанхор, где все? Это что, такая шутка?

– Нет, Ри, это не шутка. Этот приём я организовал для тебя одной.

Посторонний говор тут же стих. Осталась только музыка.

– Да, как же я забыла, ты совсем не умеешь шутить. Никогда не умел, – гостья – высокая красивая женщина с роскошными пепельными волосами – резко остановилась у входа в огромный богато украшенный по случаю приёма зал. Приёма, организованного только для неё одной.

– Ри…

– Не называй меня Ри! Моё имя – Исанри, – резко прервала она.

– Когда-то ты позволяла так себя называть. И меня называла просто Тан, – хозяин всего этого великолепия смотрел на женщину печальными глазами обиженного щенка. Ему всегда очень хорошо удавались подобные роли. Впрочем, как и многие другие.

И опять Исанри поверила. Когда-то давно, ещё во времена учёбы, его, тихого безобидного заучку, именно по её настоянию друзья приняли в свой круг. После, конечно, беззастенчиво пользовались его знаниями на зачётах и экзаменах, но и Ротанхор получил от этой дружбы не мало.

Сколько с той поры утекло лет, воды и разговоров? Множество. Давнее школярское братство не распалось, но каждый далеко ушёл по своей дороге. Как тесно двум хищникам на одной территории, так и могучие маги не могут долго сосуществовать рядом. Если только они не мужчина и женщина. Мужчина и женщина, испытывающие один к другому более чем дружеские чувства.

Тогда, давным-давно, Исанри выбрала другого. Не тихого и серьёзного отличника Ротанхора, а безалаберного шутника и балагура Таэрина. Одарённого сверх меры разгильдяя, гулёну и бабника. Гулять налево Таэрин – Рин, как называли его друзья – с тех пор перестал, но весёлый беззаботный нрав и лёгкое отношение к жизни и всему тому, что не относилось к его женщине, остались при нём. Исанри любила его таким, какой есть. Изменить мужчину? Лучше измени под него мир.

И вот это неожиданное приглашение. Зачем? Все слова давно сказаны. Все отношения выяснены.

– Ротанхор, к чему всё это? Ты хотел меня поразить? Хорошо, я потрясена. Твоим богатством, вкусом и силой магии. Ты действительно много добился. А теперь позволь мне уйти.

Тихая плавная музыка, ненавязчиво сопутствующая разговору, стала громче.

– Да, конечно. Прости. За всё прости, – грустно сказал Ротанхор и нерешительно протянул руку. – Хотя бы на один танец со мной ты снизойдёшь?

И ведь знала, что перед ней искусный манипулятор, но отказать в единственном танце не смогла. Что значит танец? Сколько их она провела с посторонними мужчинами? И конкретно с этим. Исанри сделала шаг. Зал заполонила незнакомая мелодия. Она была всюду. От стены и до стены, от пола и до потолка, в саду, в цветах и деревьях. В камнях и фонтанах. В звёздах. В каждой клеточке тела.

– Ты и музыку сам сочиняешь?

– Эта – только для тебя. Нравится?

– Как может такое не нравится. Ты талантлив во всём, Тан.

Когда-то давно она говорила эти слова, чтобы утешить старательного студиозуза. При этом все окружающие прекрасно знали, что его единственный талант – небывалое упорство в достижении цели.

Ротанхор едва заметно улыбнулся. Партнёрше? Её словам? Или своим мыслям? Какая разница.

Сколько длился этот танец? Сложно сказать. Усталости нет, неловкости нет, недавняя размолвка давно забылась. Само время как будто замерло. Есть только волшебная музыка, этот танец и мужчина, сумевший сотворить настоящее чудо. В голове проносились невероятные картины. Картины видения того, чего не было и не могло быть никогда.

– Вина?

– Да, пожалуй.

Именно вино отрезвило. Она опять попалась! И ведь прекрасно знала, с кем имеет дело. Прямо посреди зала валялись роскошные шкуры и на шкурах два разгорячённых обнажённых тела.

– Как ты смел так подло поступить со мной?! Я ухожу! – Исанри огляделась в поисках своей одежды. Платье было безнадёжно испорчено.

– Ри, постой! Разве нам было плохо с тобой? Я ничуть не хуже его! Я лучше, Ри. Позволь мне это доказать…

– Не смей! Никогда не смей даже вспоминать, что здесь произошло! И я забуду!

– Да, конечно, ты забудешь, – покладисто согласился Ротанхор. – Забудешь всё ненужное, – его голос был мягок и монотонен. – В твоей памяти останутся только самые важные моменты. Самые приятные. Ты и я. Ты уже забываешь. Ты всё забываешь. Остаётся только наш полёт. Полёт к счастью. Вот, выпей ещё.

Как же убедителен этот голос. Действительно, когда {это} уже случилось, зачем спешить. Как приятно освежает вино.

– Я забываю. Я всё забываю. Остаётся только полёт. Только, Ротанхор, я никогда не смогу быть счастлива с тобой.