Элайра, Хранительница Чащи

Дядя велел Эрике прикрыть глаза ладошками – так она и сделала. Почти сразу ей захотелось нарушить приказ и подсмотреть сквозь пальцы, но она передумала. От родного дяди исходил страх – это отчетливо слышалось в его голосе и ощущалось в холодных руках. Эрике не хотелось разделять эти неприятные чувства, и она предпочла как можно крепче прижать ладони к глазам и не открывать их ни в коем случае, пока ей не разрешат.

– Держите строй! Все по местам!

Эрика сразу узнала голос Макса, на которого, как мухи на малиновый пирог, постоянно налетали мальчишки, чтобы тот показал им свое ружье: потрогать его среди ребятни считалось великим свершением, а уж выстрелить – легендарный подвиг. Эрика не понимала, что такого интересного в стрелянии огнем из железной палки.

«Ох уж эти мальчишки! – подумала Эрика, – Вечно думают о всяких глупостях».

Дядя сильно прижал ее к себе, словно боясь выронить из рук.

– Дядюшка…мне больно.

Но он либо не услышал жалобу племянницы из-за несмолкаемого гама вокруг, либо просто не придал значения ее словам.

– Держать строй! Держать! – кричал Макс. Голос его постепенно удалялся.

Поскольку Эрике было запрещено открывать глаза, она попыталась нарисовать в воображении картинку происходящего: шлепки ног по грязи говорили о том, что все вокруг бегают сломя голову; жар огня, волной прокатившийся по спине, наводил на мысль, что рядом бушевал огромный костер; крики детей и женщин…не просто крики, а безумные вопли так врезались в голову Эрике, что она перестала обращать внимание на причиняющие боль объятия дяди.

Она уловила новый звук – лязганье кольчуги и треск заряжаемых ружей. Пули пролетели над головой так быстро и близко, что на мгновение подняли в воздух ее длинные, рыжие волосы. От грохота выстрелов зазвенело в ушах, и еще некоторое время она не могла слышать ничего кроме длинного свиста.

– Цельтесь в нее! В нее! – кричал мужчина, на этот раз незнакомый Эрике. – Скорее, скорее!

По скрипу половиц Эрика поняла, что дядя занес ее в хижину и запер за собой дверь на засов. Весь уличный шум стал тише, но не менее жутким.

– Эрика, сюда! – сказал дядя, отпирая один из шкафчиков. – Полезай внутрь!

– Я уже могу открыть глаза? – на всякий случай спросила она.

– Да, быстрее!

И действительно, она оказалась в одной из хижин. Судя по висящему на стене мушкету и доспехам – в оружейной их деревни.

Эрика залезла внутрь маленького напольного шкафа и прижала колени к груди.

– Дядя, что происходит?

– Сиди здесь и ни в коем случае не вылезай, ты меня поняла? Мне нужно помочь остальным.

Она кивнула. На глаза наворачивались слезы и дядя их заметил. Пальцем он коснулся ее щечки.

– Будь осторожнее, лисенок.

Он поцеловал ее и погладил по голове в попытке утешить. Эрике это помогло, но совсем немного.

– Сиди тихо!

Закрывая дверцу, на этот раз она все же нарушила обещание и решила проводить дядю взглядом. Он был сильным, храбрым воином, истинным служителем Единого, чей символ был изображен краской на его доспехах. Как только с броней было покончено, дядя схватил меч, задержал взгляд на собственном отражении в лезвии и бросился в сторону выхода, готовясь к предстоящему бою, но…

…не успел он дойти до него, как сокрушительная сила снесла дверь с петель, прижав его беспомощное тело к полу. Огромное существо с желтыми, горящими от гнева и злобы глазами напало на ее дядю и огромной пастью вгрызлось в голову, не дав тому никакой надежды на ответный удар. Громадный маккои – волкоподобное существо размером с крупную лошадь жадно потрошило тело ее дяди, пока не уловило другой запах…

Она окоченела от ужаса. Девочка прижалась в дальний угол шкафа, закрыла рот рукой, стараясь не дышать и смотрела, как маккои медленно приближается к приоткрытой дверце шкафа, которую она не успела закрыть. Запах свежей крови и сырой шерсти врезался в ноздри и вызывал у нее тошноту. Острые как копья клыки обнажились в предвкушении очередной жертвы…

Эрика поняла, что обречена.

Впервые Элайра из народа аак’си увидела "ниитов" (что означало «чужаки» на ее языке) несколько лет назад. Они прибыли к берегам Чащи на огромных лодках, сделанных из железа и дерева, с трубами на мачтах, из которых шел вязкий, черный дым. Вначале их количество не превышало и несколько сотен, но со времени их число увеличивалось с каждым приходом одного из Сыновей богини Иккси: Зимы – Тхал’ак, Лета – Сид’ох, Весны – Аккот и Осени – Матто.

Когда уходил в спячку Бог Тхал’ак, забирая с собой холода и снежную пургу, уступая место своему младшему брату Аккоту, нииты уже стало несколько тысяч.

Чужаки все прибывали и, казалось, их числу не будет конца.

– Кто эти люди? – спросила как-то Виша свою маму Элайру. Девочка крепко держала ее за палец, наблюдая фиолетовыми глазами, как чужаки возводят странные сооружения. – Почему они убивают священные деревья? И строят дома над землей? Я их ненавижу.