Эксперимент

Семенов был как всегда великолепен. Высокий статный мужчина, с глубоко посаженными глазами у крупного «аристократического» носа не мог оставить равнодушным ни одного человека. Особенно вблизи его аура и мощь интеллекта подавляли и завораживали. Уж на что был опытен журналист Бим, которого пустили к начальнику Эксперимента только из-за международной команды и обещанного репортажа, но даже ему было ясно, кто здесь главный, а кто тот самый рояль в кустах. Само собой, русские не дураки и понимают, на кого работают такие журналисты с навыками бывшего морпеха и мгновенной реакцией.

Бим с удивлением обнаружил, что слегка робеет перед Семеновым, как лет двадцать назад при своем первом репортаже. Он украдкой вытер потные ладони о штанины, и стал вести себя еще более развязно, даже слегка помахивал микрофоном, что презирал в других репортерах, это сразу выдавало непрофессионала по его мнению.

Команда в белых халатах шуршала у странных приборов, чем-то напоминающих старые фильмы об инопланетянах, или о безумных профессорах. Бим украдкой глянул на Семенова, излучающего уверенность и какую-то древнюю мощь, как у русских богатырей. Да он и был живой легендой, опровергателем основ, источником новых знаний, первооткрывателем невероятной физики. У него за спиной были сполохи, слабое шипение охлаждения приборов, переговоры помощников. Высокий русский стоял как ангел в своем громадном белом халате, расставив ноги, высоко подняв голову, улыбаясь одними глазами, пока журналисты и операторы расставляли и проверяли свою аппаратуру, причесывались, пудрили носики и тому подобное.

На фоне шума от этого “курятника” совсем можно было забыть о солдатах с автоматами, стоящими темными призраками у дальних стен огромного помещения, чем-то напоминающего ангар для больших самолетов. Но Бим замечал все, подсчитывал, примечал. Его цепкий взгляд пару раз упал на криво улыбающегося офицера, которые откровенно презрительно смотрел на Бима, будто читал его мысли и намерения.

Бим понимал, что его изучают в ответ, но работа есть работа, ему писать отчет в Лэнгли о каждой мелочи в этой поездке. В толпе журналистов он приметил еще парочку столь же цепких и сосредоточенных взглядов европейцев и азиатов. Конечно, такую возможность побывать в святая святых Эксперимента не упустило ни одно уважающее себя правительство.

– Внимание, всем приглашенным просьба подойти! – провозгласил сочным басом Семенов. Толпа журналистов вскинулась, побежала с микрофонами, обступила по дуге руководителя Эксперимента. Сверху это выглядело, как экзотический цветок с белой сердцевиной и разноцветьем лепестков журналистов и операторов.

– Итак… Не буду подробно описывать суть и подробности Эксперимента. О нем написаны десятки статей, сняты сотни репортажей. Только в самых глухих уголках Земли не слышали об открытии механизма “червоточин”, о которых предсказывали фантасты прошлого. Эти гениальные провидцы дали нам идеи, которые побудили сотни ученых усердно изучать направление, которое еще с полвека назад было непредставимо классической науке, – Семенов помолчал, слегка покачался на носках блестящих ботинок. Бим успел окинуть взглядом ближайших соседей по толпе, все молчали, не решаясь прерывать ход мыслей Семенова, операторы сосредоточено снимали историческое событие.

– Так вот, некоторые наработки международной команды под руководством вашего покорного слуги, – тут кое-кто в толпе с трудом подавил смешочки, так их позабавило слово “слуга”, – позволили сделать прорыв в ходе исследований, как вы все знаете, наши попытки реализовать теоретические наработки привели нас к серии как обескураживающих провалов, так и, в самом конце… к реально стабильной “червоточине”, далее кратко ЧТ.

Семенов повернулся, подав сигнал как журналистам, так и своим помощникам. Широкими шагами он достиг ближайшей установки, которая была похожа на призрачный столб, составленный из прозрачных дисков, между которыми проскакивали разноцветные мини-молнии и менялось само пространство, складываясь в переливающиеся кристаллические структуры, возникающие и исчезающие за неуловимые мгновения.

– Перед нами один из сотен эжекторов, которые создадут в центре установки устойчивую ЧТ примерно на две или три минуты. Для этого потребовалось объединить энергосистемы почти половины Земли, подключить все возможные накопители, работа заняла… да, примерно пятнадцать лет усилий, но это благодарный труд. Мы заглянем за пределы нашего мира, пространства и времени, уж извините за напыщенные выражения!

Бим тренированным взглядом уловил, что самого Семенова слегка передернуло от заезженных фраз, но иначе, видимо, мысль было не донести, ведь это была чистая правда. Семенов еще долго разглагольствовал на камеры про пользу для человечества, но это было частью всего действа. Миллионы людей по миру прильнули к визорам, либо стояли на площадях, глядя на трехмерное изображение руководителя Эксперимента. В латинской Америке даже устроили карнавалы по этому поводу.